— Кто здесь ребячья хозяйка? — пробасил черноусый дядька с седой головой. — Велено отдать инструмент в общественное пользование.

— Я хозяйка, — сказала Фаина с явным облегчением. Она метнула на бабу короткий взгляд, от которого та опрометью кинулась из подворотни. Но мальчишку всё-таки оставила.

— Ну, а раз хозяйка, то принимай по ордеру. Да не забудь подпись поставить.

Повернувшись к черноусому, Фаина встретила взгляд Нади и радостно улыбнулась:

— Пришла в себя? Молодец! Зайди в дом, подожди меня, я сейчас. Только бумаги подпишу.

Пока она расписывалась и о чём-то тихо разговаривала с главным, мужики втащили фортепьяно в помещение и поставили у стены.

— Ну вот, теперь наши дети будут не хуже дворянчиков пируэты под музыку выделывать, — донёсся до Нади чей-то мужской голос с улицы.

Она оглянулась и увидела позади себя толпу детей, которые смотрели на неё молча и насторожённо. Они лепились к девушке, что выглядывала из двери. На руках у девушки сидела малышка и теребила ей ручонками воротник.

— Вы к нам? — спросила девушка.

— Да, я к Фаине. Она спасла меня от беспризорников.

— А, знаю, знаю, Фаина Михайловна рассказывала. Вы Надежда, а я Лида.

За разговором Надя не заметила, как один мальчик, самый высокий и худенький, подобрался к фортепьяно и приоткрыл крышку. Какофония звуков резанула ей по ушам, но детям, похоже, понравилось, потому что они захохотали и весёлой лавиной побежали барабанить по клавишам.

— Нет, дети, так нельзя! — выкрикнула Лида, но общий шум поглотил её голос.

Прежде чем успела подумать, Надя очутилась около фортепьяно и быстро пробежала пальцами по клавишам, извлекая звуки польки.

Со звоном колокольчиков нотки рассыпались по комнате, заставив детей потрясённо замолчать.

Боже, как давно она не играла! Едва касаясь клавиш, Надины руки летели белыми лебедями. Она играла эту польку сотни раз, но никто не слушал её с таким вниманием, как здесь. Казалось, что дети буквально купаются в музыке. Глаза сияли, личики расцветали улыбками в такт музыки.

Краем глаза ухватив притихших рябят, она скомандовала:

— Беритесь за руки и будем учиться танцевать. Хотите?

— Вот ещё! Сама пляши, коли такая ловкая, — пробурчал высокий мальчик, что бил кулаком по клавишам. Двумя руками он схватил руку толстенькой девочки с двумя косичками и первым встал в круг.

Когда с улицы вернулась Фаина, дети воодушевлённо топали ногами под музыку, а Лидочка стояла посреди комнаты и громко хлопала в ладоши.

* * *

— «Кто-кто в теремочке живёт? — спросил серый зайка.

— Я мышка-норушка.

— А я лягушка-квакушка. Иди к нам жить.

И стали они жить втроём».

Хотя Капитолина уже спала, Фаина всё равно досказала ей сказку до конца. Вспомнила про Надю и улыбнулась. Теперь их в детском саду уже трое, как в сказочном теремке.

Оказалось, что Надя — учительница музыки.

Вчера Фаина целый день убила в Наркомпросе, выколачивая для неё жалованье, и добилась своего.

— Знаю ваш детский сад. Земля слухом полнится, — сказала ей уполномоченная по работе с пролетарскими матерями и младенцами. — К нам на днях приходили жаловаться, что на воспитание не принимаете. Предложила обратиться в Домкомбедовский сад на Разъезжей. Нет, говорят, только к Фаине, там дети и присмотрены, и накормлены, да ещё и музыку им играют.

— Вот я насчёт музыки и пришла, — очень кстати ввернула Фаина и без приглашения уселась на стул, — кроме того, нам не хватает воспитателей.