Мерседес Лейден Торн с благодарностью оперлась о руку мужа. Выбраться из экипажа для нее было не так-то просто. Очертания ее гибкой, изящной фигурки были отягощены беременностью. Она была на седьмом месяце. Ее тонкая талия исчезла к атому времени, и она уже не могла видеть свои собственные ножки. Поэтому она чуть было не оступилась на ступеньках кареты.

Колин легко подхватил ее и поставил перед собой. Капюшон плаща упал с ее головы, обнажив густые шоколадного цвета волосы. Серые глаза ее смеялись, когда она подняла голову, а в ее открытой улыбке таился смех.

— Незачем смотреть на меня так свирепо! — сказала Мерседес. — Со мной все в порядке.

Темные глаза Колина все еще оглядывали жену с головы до ног. Он вовсе не рассвирепел, просто испугался.

— У меня чуть было не разорвалось сердце из-за вас, мадам. Отныне я буду повсюду носить вас на руках.

Откуда-то из-за его спины раздался знакомый смешок.

— Однако я лучше пощажу свою спину, и пусть он вас отнесет в дом. — С этими словами Колин отступил в сторону, и Мерседес увидела Декера.

— Понти! — Она тут же оказалась в его объятиях. Ее руки обняли его за шею, и он приподнял ее. — Ах, отпустите меня! Вы надорветесь!

Декер завращал глазами, глядя на брата:

— Она может поместиться у меня в кармане и еще беспокоится, как бы я не надорвался! Я крал кошельки, которые весили куда больше, чем она.

Колин, усмехнувшись, посмотрел на жену и хлопнул брата по спине.

— Он отнесет тебя. Желаю веселой прогулки.

Мерседес бросила взгляд на мужа через плечо Декера и сказала с милой улыбкой:

— Я уверена, что так и будет.

Брови Колина поднялись при виде ее самодовольной и кокетливой улыбки.

— Можете дразнить меня, мадам, и, однако, смотрите за своим кошельком.

— Я буду смотреть вперед, — мягко сказала она. Декер, смеясь, взбежал на верхнюю ступеньку.

— Я понял, почему тебе захотелось поберечь силы, братец. Она же просто наказание!

Слуга держал перед ним дверь распахнутой, и Декер, войдя в холл, опустил Мерседес на ноги.

Колин потопал ногами и стряхнул с волос снежные хлопья.

— В эти дни она больше чем наказание, — сказал он. — И всегда последнее слово должно остаться за ней. — Он отдал слуге свой плащ. — Могу сообщить тебе, Декер, что она не собирается быть… — Он смолк, вдруг увидев Джонну, стоящую на широкой лестнице.

Колин прошел мимо жены и брата, не задумываясь над тем, что они смотрят на него.

Джонна оперлась рукой о перила, словно не надеясь на крепость своих ног. Она так и осталась стоять на ступеньках лестницы и смотрела на приближающегося Колина.

Декер хотел было шагнуть вперед, но Мерседес положила руку ему на плечо, и этот легкий жест остановил его. Мерседес тоже смотрела на молодую женщину с интересом, но в отличие от Декера не торопилась вмешиваться.

Колин начал подниматься по ступенькам, и настороженность исчезла из фиалковых глаз Джонны. Ее осторожная улыбка стала широкой, открытой, искренней. Годы, проведенные в разлуке, исчезли, и Джонна пылко бросилась в объятия Колина, забыв о всякой сдержанности.

— Боже мой!.. — прошептал Колин, крепко обняв ее. — Вы действительно здесь, — проговорил он ей в самое ухо. — Я не поверил, когда вчера вечером получил известие. Я решил, что произошла какая-то ошибка.

Джонна отпрянула, смеясь и немного задыхаясь. Она не сводила глаз с его лица, пытаясь рассмотреть произошедшие в нем перемены, и нашла, что он изменился к лучшему. Улыбка его стала свободнее, а темные глаза утратили холодность. Выражение его лица ясно говорило, что он рад ее видеть, и он не скрывал своего счастья.