- Передайте генералу Кащееву эти снимки. - И Загоруйко протянул фотографии, принесенные Шрамом. - На этого человека надо объявить розыск по варианту "Цунами". Вариант "Цунами" предполагал тотальное наблюдение за всеми вокзалами, въездами в город, по нему немедленно мобилизировались более пяти сотен сотрудников ФСБ, которые, в данном случае, должны были найти всего одного человека - обладателя взрывного устройства. Когда дверь за саперами закрылась, Коростылев пристально посмотрел на Павла Сергеевича:

- А раньше нельзя было это объявить?.. - Но ты же справился... Парировал Загоруйко. - Кстати, как тебе это удалось? В смысле, за такое время... - Как тебе сказать... - Улыбка на мгновение появилась на губах Тихона и тут же исчезла без следа, - Короче, пришлось прибегнуть к помощи старых знакомых. И знаешь, какие от этого будут последствия? Партии Васильченко будет объявлена настоящая война... - В смысле? - Недоумевая Павел Сергеевич поднял брови. - В прямом. - Строя из себя наивняка, развел руками Коростылев, - Несколько "крыш" объединятся и замочат всю верхушку РНИ.

Загоруйко остолбенел:

- Ты серьезно?.. Это ведь... Ты понимаешь, что ты сделал?!.. Понимаю. - Невозмутимо сказал Тихон. - Ликвидировал угрозу реставрации тоталитаризма. В ответ на эти слова Павел Сергеевич несколько секунд не мог ничего возразить. - Но ты представляешь, какие будут жертвы?! - Удрученно проговорил наконец майор. - Да уж не больше, чем от взрывов в метро. - Сухо произнес Тихон. - Я же твоему ведомству сколько работы сократил... - Тоже мне, сократил... - Насупился Загоруйко, - Расследования этих убийств. А потом наверняка новые националисты появятся. Выявляй их, доказывай... - Но признай, сейчас угроза прошла? - Настаивал Шрам на своем мнении. - Да. Вынужденно согласился Павел Сергеевич. Но ты же сам говорил, что против насилия, смертей... - Павел, ты одно с другим не путай. Я - это я. Я их не подталкивал к этому решению. Они сами поняли чем чреваты партии подобного типа. Мафии выгоднее существовать при демократии... - Именно, что выгоднее... - Загоруйко хлопнул ладонью по столу. - Ладно тебе, - Оборвал его Шрам, - Давай кончим этот спор. Ты, лучше, скажи, дали тебе список притонов?

- Дали. - Неохотно признался Павел Сергеевич. - Надеюсь, там-то ты ничего не натворишь... - И майор положил на кухонный стол несколько листов, соединенных розовой пластиковой скрепкой.

Проглядев список, Коростылев присвистнул:

- Так много?

- А чего же ты хотел? Статистику знаешь? В Москве каждый четвертый подросток уже пробовал наркотики. - М-да... - Поджав губы, Тихон ещё раз, уже более внимательно, просмотрел адреса. Его внимание привлек один из них, точнее, имя его владельца.

Что-то показалось Коростылеву в нем знакомым:

- "Шира, он же Василий Васильевич Ногачев." - Проговорил вслух Тихон, - Где-то я уже встречал это имя... И тут перед Коростылевым словно ожили события десятилетней давности. Зековский лагерь, Брулев, меха и низенький седой Шира, посвящавший его, Тихона, в секреты транспортировки и изготовления наркотиков. Большая часть фактов уже забылась, но лицо Ногачева Шрам помнил отчетливо. - Как ты думаешь, - Медленно проговорил Коростылев, - Они все друг друга знают?

- Нет.