Амадо заметил, что у нее подрагивали колени. Он ободряюще улыбнулся. Кореянка произнесла, запинаясь:

– Можно мне задать тебе один личный вопрос?

– Конечно!

– Просто ты выглядишь как человек с богатым жизненным опытом.

– О котором говорил профессор?

– Да. Жизненный опыт помогает стать хорошим писателем. Похоже, тебе действительно довелось многое пережить.

Амадо улыбнулся. Детка, ты и половины знать не можешь!

– Си! Всякое бывало.

Синди заглянула глубоко ему в глаза.

– А у меня в жизни еще ничего не было.

Амадо пожал плечами и отпил своей содовой с лимоном и лаймом.

– Ты еще совсем молодая!

Слушатели начали подтягиваться в аудиторию.

– Как ты потерял свою руку?

– Хочешь, расскажу после занятий?

Дон отжал «фомкой» дверь дома Ларги. У него за спиной стояли полицейский в форме и несколько экспертов-криминалистов. Дон вынул револьвер и вошел в дом.

– Мистер Ларга!

Он подождал секунду.

– Отзовитесь, мистер Ларга! Полиция!

Дон кивнул, и полицейский с криминалистами стали быстро перемещаться парами по комнатам с оружием наизготовку, прикрывая друг друга.

– Спальня, никого!

– Ванная, никого!

– Кухня, никого!

Дом был небольшой, и за тридцать две секунды они сумели обшарить его полностью, не обнаружив ни мертвых тел, ни заложников, ни посторонних.

К Дону подошел один из экспертов, лысеющий мужчина в очках, увеличивающих его глаза до неестественных размеров. Он обожал собирать жучков с трупов и называл свое хобби криминалистической энтомологией.

– Здесь нет следов преступления. Мы сворачиваемся.

– Ладно.

– Позвони мне, когда отыщется остальное тело.

Дон кивнул. Ну, да, чтобы ты мог выковырять личинки у него из-под век. Больно надо!

Коп в форме прикрепил к входной двери полицейское уведомление. Дон стал просматривать почту Ларги.

Ничего особенного. Счета. Письма. Обычно, приходя домой, люди оставляют ключи тут же, у входа. Дон никаких ключей не увидел; это навело его на мысль, что Ларга, вероятнее всего, лежит в багажнике собственной машины, отогнанной в какое-нибудь глухое место. Надо выяснить ее регистрационный номер и развесить объявления о розыске. Найдется в конце концов. Либо на нее наткнется полицейский патруль, либо кто-то из горожан учует запашок. Найдется, куда она денется!

Дон продолжал перебирать содержимое почтового ящика. Он искал любое свидетельство связи Ларги с Карлосом Вилой или с Эстеваном Солой, или еще с кем-то из их компании. А связь есть! Должна быть!

Пора покопаться в бельевом шкафу убитого.

К тому времени, как Мартин остановил машину в безлюдном низинном районе Калифорнийского парка Джошуа-три, ему уже до смерти надоело крутить баранку. Вдобавок отчаянно хотелось выпить чего-нибудь прохладительного и закурить горячительного. Он свернул с шоссе, и машина, казалось, целую вечность тряслась по ухабистой наезженной колее. Снаружи она вся покрылась белым слоем мельчайшей пыли и стала напоминать напудренное лицо гейши. Боб стал причитать, жалуясь на усталость и голод. В итоге Мартин не выдержал и остановился у «бургер-кинга» в каком-то незнакомом, богом забытом поселке. Насытившись, Боб преспокойно уснул на пассажирском сиденье.

Мартин заглушил двигатель и стал сворачивать толстого косяка. Он аккуратно отбросил попавшиеся семена и с любовной прилежностью вдавил сухие кусочки листьев в папиросную бумагу.

Боб проснулся.

– Где мы?

Мартин закурил.

– В пустыне.

Он глубоко затянулся и протянул самокрутку Бобу.