Карен думала, ее сейчас вырвет. Но «фанты» Доната, от которых вонь стояла до небес, оказались в багажнике. Демонстрацию пришлось отложить.

— Ко мне по другой дороге, — сказал Джо.

Они подъезжали к перекрестку Северного бульвара с Глен-Коув-роуд. Карен увидела, что Рой-Рой включил левый поворот: значит, они взяли курс либо на Кедровое болото, либо на Утиный пруд, а оттуда один путь — в Долину Акаций.

— Куда вы нас везете?

— Домой, принцесса.

— О нет! Бога ради, только не в Эджуотер! — Она заглотила остатки виски и поставила стакан на поднос.

— Мне нужны мои деньги, Карен.

— Там денег нет.

— Ничего, появятся. — Виктор улыбнулся и похлопал ее по коленке. — Мы зарулим к дому и подождем, пока ваш муж не вернется с работы. А потом сядем вместе и немного поболтаем. Расставим все по местам.

— Не надо, это пустая затея, — умоляла Карен. — Ну, пожалуйста! Я достану вам деньги.

— Однажды вы уже попытались меня продинамить. Чего мне вас слушать? Я знаю, что у вас проблемы.

Карен почти не сомневалась, что чемодан из камеры забрал Виктор — украл то, что сам дал ей в долг, — но обвинить его не посмела: вдруг она ошибается, и он даже не знает, что деньги исчезли. Тогда они потеряют последний шанс.

— Я достану их к вечеру, клянусь Богом.

— Откуда? — Виктор засмеялся, пробежавшись пальцами по внутренней стороне ее бедра. — Этим наторгуете?

Он что, совсем?..

Джо хотел было обернуться, но глухари, зажав его в «клещи», не дали ему такой возможности.

— Попробуйте только троньте ее…

— Это что, угроза?

Оба парня засмеялись. Во всяком случае, Донат скривил рот в однобокой ухмылке, быстро-быстро вдыхая и выдыхая воздух, а Рой-Рой издал короткий звук, похожий на «тсс, тсс».

— Я заплачу вдвое больше, чем должна, — просила Карен.

— Еще немного, и у меня лопнет терпение. Похоже, дорогие мои, вы плохо понимаете, в каком серьезном положении оказались.

— Перестаньте, очень вас прошу!

Виктор откинулся на спинку сиденья. Снял очки, подышал на линзы и потер их о рукав пиджака. Без очков было заметнее, что у него раскосые глаза, а в лице обнаружилась некоторая мягкость, даже уязвимость. Карен отвернулась.

— Возможно, мы сумеем что-нибудь придумать. Возможно, мы сумеем решить все к общему удовлетворению.

— Хорошо, — с ходу согласилась она, полагая, что Виктор хочет повысить процентную ставку, выжать из займа еще немного сока. — Только давайте с этим покончим.

— Дело потребует лишних расходов. Но если это поможет вам выбраться из этой передряги, я больше не возьму с вас ни гроша. — Он посмотрел очки на свет проверить, нет ли пятен. — При разумном подходе у вас на этот счет не будет никаких неприятностей. Все будет сделано без вашего участия. Вы даже не будете знать, как и когда.

Карен нахмурилась.

— О чем это вы?

Она увидела, как Донат ставит другую запись, и удивилась, откуда глухой узнал, что пора поменять пленку.

Серафим дождался, когда заиграет музыка и когда Сара Воган запоет «Что изменит один день», и только тогда ответил:

— О контракте.

— О каком еще контракте?

— Том.

— Должно быть, вы спятили, — подал голос Джо.

— «Всего двадцать четыре коротких часа…» — пропел Серафим вместе с несравненной Сарой.