Слова Барин Гоулда привлекли внимание Конии. Он быстро взглянул на него.

– Все объясняется помехами. Качество сигнала не вызывает сомнения в том, что линии связи на корабле находятся в полном порядке. А помехи нужны для большей убедительности.

– Гм м… – Барни пытался переварить гипотезу, подброшенную ему членами экипажа. Процесс развивался не слишком стремительно. Мысли ворочались в голове Барни, но, как вошедший в поговорку слон, он редко забывал подробности того, что однажды хорошо усвоил. – Отправь запрос относительно отступления РАМ. Меня интересуют все сведения без исключения.

– Слушаюсь, сэр, – ответил Конии. – Вы попадете в пределы видимости станции через пять и три десятых минуты, – сообщил он «Ростовщику» и переключился на выполнение приказа Барни. Конии послал запрос и начал ждать.

– Они находятся в диапазоне действия датчиков дальности, – доложил Барин Гоулд. – Приборы подтверждают: это корабли РАМ третьего поколения. Один из них качается.

– Плохой признак, – констатировал Барни.

– Сэр, – сказал Конии, – я нашел информацию на дисках центра связи Хауберка. По видимому, они установили наблюдательный монитор у Кейна, чтобы следить за его маневрами. Кейну было приказано отправиться на помощь Хауберку. Речь идет как раз о трех кораблях.

– Итак, – Барни взглянул на экран обзора. Воздушные суда РАМ еще не обозначились на нем. – Те же самые корабли, – заявил он.

– Вы так считаете? – беззаботно спросил Конии.

Барни не заметил усмешки в его словах.

– Конечно, – уверенно заявил он. – Другие корабли просто не успели бы подойти к нам. Кроме того, их три.

– Потрясающее совпадение, – согласился Конии.

– И все же, я думаю – это ловушка, – сказал Барин Гоулд, забарабанив длинными пальцами по гладкому полупрозрачному корпусу пульта управления оружием.

Барни следил за тремя точками размером с булавочную головку, перемещающимися по экрану радара.

– Что то они задерживаются, – сказал он. – Никак не войдут в поле зрения.

– Уточнить расстояние? – спросил Барин Гоулд.

Барни утвердительно кивнул головой.

– Интересно, что они задумали? – спросил Конии. – Здесь нечего взять. От Хауберка ничего не осталось.

– Мм м м… – промямлил Барни. Своим неповоротливым умом он пытался найти ответ на вопрос Конии. Действительно, в намерениях экипажей крейсеров РАМ он не видел никакого подвоха. С этой точки зрения посланный ими сигнал бедствия вызывал определенное доверие. Но если это были боевые резервные корабли РАМ, не стоило забывать об опасности, которая грозила с их стороны. Барни тут же вспомнил, каким тонким нюхом в таких делах обладал капитан Роджерс, и пожалел, что его нет рядом.

– «Ростовщик», – обратился Конии к экипажу поврежденного корабля, – вы перешли к визуальному полету. Цели достигнете приблизительно через три минуты. Приготовьтесь к стыковке в секции номер восемьдесят четыре. Повторяю еще раз, секция номер восемьдесят четыре. Если вам требуется помощь, уведомите об этом.

– Это «Ростовщик», – ответили с приближающегося судна. – Помехи на линии связи стали меньше. – Следуем заданным курсом. Готовимся к стыковке.

Конии нахмурил брови:

– Что то здесь не то, – пробурчал он.

– Что именно?

Ухо Конии чуть не лопнуло от громыхающих звуков голоса Барни, который резко подался вперед в своем кресле.

Конии быстро переключил несколько ручек на пульте управления.

– Я еще не уверен в своих подозрениях, сэр.