— Ты видишь, — продолжал серый господин, — все очень просто, надо только приобретать все больше и больше, тогда и скучать не придется. Но ты, наверное, думаешь, что Бибигерл однажды получит все и опять захандрит. Нет, моя маленькая, ничего подобного не произойдет! На такой случай у нас имеется для Бибигерл подходящий спутник.

И тут он вытащил из багажника другую куклу. Такой же величины, как Бибигерл, столь же роскошный, это был юноша. Серый господин посадил его рядом с куклой-совершенством и объяснил:

— Его зовут Бибибой! Для него у меня тоже припасено множество вещей. А если и это надоест, существует еще подруга Бибигерл, с собственным набором вещей. А для Бибибоя имеется подходящий друг, у которого тоже есть друзья, а у них подруги. Теперь ты понимаешь, что тут не до скуки, ведь такое занятие может длиться бесконечно, и всегда останется что-нибудь про запас.

Разговаривая так, он доставал из своего, казалось, бездонного багажника одну куклу за другой и ставил их вокруг Момо, которая все так же безмолвно и испуганно смотрела на него.

— Ну? — произнес он наконец и выдохнул густое облако дыма. — Ты теперь уловила, как играть с такой куклой?

— Да, — ответила Момо. От холода она вся дрожала.

Серый господин удовлетворенно кивнул и затянулся своей сигарой.

— Ты, конечно, хочешь получить все эти красивые вещи, правда? Хорошо, моя маленькая, я дарю их тебе! Но не все сразу, а постепенно, одну за одной, и не только эти, а еще множество других. И ничего я от тебя не требую. Тебе надо только играть с ними, как я объяснил. Ну, что скажешь?

Серый господин выжидающе улыбался ей, но, поскольку она в ответ только смотрела на него своими серьезными глазами, он быстро добавил:

— Твои тебе друзья больше не потребуются, понимаешь? Ты вполне удовольствуешься новыми развлечениями, ибо станешь обладать массой прекрасных вещей и получать их все больше и больше, так ведь? Ты ведь этого хочешь? Тебе ведь нравится такая чудесная кукла? Ты ведь непременно мечтаешь ею завладеть, так?

Момо инстинктивно чувствовала, что ей предстоит борьба, она уже находилась в самом центре сражения. Но она не знала, в чем его смысл и с кем ей предстоит бороться. Чем дольше она слушала гостя, тем больше испытывала такое же чувство, как тогда с куклой: она слышала голос говорящего, различала слова, но не воспринимала того, кто говорил. Она встряхнула головой.

— Ну что, что? — спросил серый господин, высоко подняв брови. — Ты по-прежнему недовольна? Да, нынешние дети и вправду ненасытны! Ну, ответь, чего тебе еще не хватает для этой прекрасной куклы?

Момо смотрела в землю и думала.

— По-моему, — тихо сказала она, — ее нельзя любить.

Серый господин растерянно замолчал, таращась перед собой отсутствующим, как у куклы, взглядом. Наконец он взял себя в руки.

— Совершеннейшая чепуха, — изрек он ледяным голосом.

Момо посмотрела ему прямо в глаза. Именно холод, который они излучали, пугал ее больше всего. Но порой она даже жалела своего гостя, хотя и не понимала почему.

— Но мои друзья, — сказала она, — я же их люблю.

У серого господина вытянулось лицо, будто его внезапно пронзила зубная боль. Но он опять взял себя в руки и усмехнулся тонкими, как лезвие бритвы, губами.

— Я думаю, — тихо произнес он, — нам, моя маленькая, следует, наконец, серьезно поговорить о самом насущном.

Он вытащил из кармана серую записную книжку и начал листать ее, пока не нашел то, что хотел.

— Тебя зовут Момо, так?

Момо кивнула. Серый господин захлопнул свою книжку, снова засунул ее в карман и, тихо покряхтывая, опустился на землю рядом с Момо.