|
Выходит на балкон Вечного Храма, кто-нибудь очень похожий на брата Пелеса и объявляет об этом людям, собравшимся на главной площади Вернстока. И новый миф готов. Хорошо, допустим, что это правда. Но гномам смерть Мартина не принесла никакой выгоды, а значит, они не имели к этому никакого отношения. Она была им ни к чему. А гномы никогда не берутся за дело, которое им не выгодно. Это аксиома. Значит, орден выдает желаемое за действительное. Ему необходимы богатства горного народа. Почему же ты не допускаешь мысли о том, что и магов в свое время также оболгали? Нет, я не склонен их оправдывать - среди них тоже попадаются негодяи, впрочем, как и среди монахов. – Ты подводишь меня к мысли, что я жил в маленьком закрытом мирке, как улитка в раковине и не подозревал о том, что происходит в действительности? И монастырь с уважаемым настоятелем, и мой город были всего лишь декорациями к сказке? Возможно, так и есть. – У тебя были иллюзии, друг мой, - мягко сказал Рихтер, - и теперь ты их лишился. Это было неизбежно. – Неприятно узнавать, что ты был редкостным глупцом. Сказка ведь была красивая… - вздохнул Клемент. - А Вернсток оказался настоящим болотом. – Ну, зачем ты так… Опять видишь только черное и белое. Ведь есть же и середина. Это замечательный город. Очень древний, богатый. И Вечный Храм - это не только подвалы и залы пыток. Видел бы ты его раньше… Дома, башни, дворцы! Во время праздников в городе творилось что-то невообразимое. Маги бывали очень изобретательны по части сотворения иллюзий, и ни одно представление не обходилось без их участия. Хм, жители Вернстока тоже не такие плохие, как могут показаться на первый взгляд. Не все, во всяком случае. – Неужели? - с сарказмом сказал Клемент, вспомнив, как они его травили на пути к площади, и что произошло с ним потом. – Ты видел их с плохой стороны. Они были одурачены сладкими речами руководителей ордена, стали заложниками их лжи. Вспомни себя, ты до сих пор не можешь поверить, что тебя обманывали, насколько велик их авторитет, хотя ты и успел узнать кое-какую правду на своей собственной шкуре. – Значит это орден причина всех зол? И соответственно монахи, которые в нем состоят? – Но ты же тоже состоял в нем. Не забывай о человеческом факторе. Монахи тоже разные. Иногда попадаются весьма достойные люди. Ряса никого не меняет. – А я был уверен, что меняет. – Только если ты в ней родился. Подумай, что ты будешь делать, когда вернешься. Я имею в виду, в общем. Первое время тебя будет беспокоить только выживание. Действие дурмана, который дал тебе Ленц закончиться и ты узнаешь, какими мучениями тебя может наградить твое собственное тело. – Тело - ловушка, - согласно кивнул Клемент. - Так я был под наркотиком? – Тебе поставили на лоб клеймо, исполосовали кнутом, а ты еще спрашиваешь? Если бы не дурман и бескорыстная помощь твоего соседа по камере, ты бы сошел с ума от боли. – Но я выживу, я всегда был выносливым. А что делать в будущем… – Ты можешь доверять мне. – Разве ты не читаешь мои мысли? – Даже если и так, то я все равно не признаюсь тебе в этом, - ухмыльнулся Рихтер. – Месть - это очень недостойно монаха? - спросил Клемент. – Никто не может быть долгое время столь добрым. Даже ты. Месть - это всего лишь представление обиженной стороны о справедливости. – Есть некоторые люди, которые должны ответить за свои злодеяния. Даже не передо мной. Перед людьми из сгоревшего селения, например… Перед Миррой, и ее родителями. Перед Патриком, Ремом. Но эта мысль пугает меня. А за ней следуют другие, еще более пугающее… Однако орден Света слишком далеко зашел. |
