Что-то в его голосе снова заставило Клиону почувствовать себя неправой — неизвестно почему, он постоянно внушал ей стремление защищаться. Она отвернулась и сказала:

— Мы собираемся загадать желание, милорд. Быть может, и вам остается пожелать для себя чего-то еще.

Даже не глядя на него, Клиона чувствовала, что он улыбается. Она приняла вид, исполненный достоинства, дабы подчеркнуть свой скрытый упрек, но, по сути дела, выглядела несносной девчонкой, которая начинает царапаться, если что-то не по ней.

— Мое желание стоит по меньшей мере полгинеи, — сообщил лорд Рейвен, достав из жилетного кармана золотую монету.

— Мое и того дороже, — отозвалась Берил, — но я воспользуюсь итальянскими деньгами, боюсь прогневать богов, охраняющих фонтан, — вдруг они считают, что нужно платить в местной валюте.

Клиона порылась в маленьком ридикюле, который висел у нее на руке. Там были носовой платок, нюхательная соль, круглое зеркальце — подарок Берил — и больше ничего. В смятении она вспомнила, что деньги, оставшиеся после хождения с Голубкой по магазинам, положила в ящик туалетного стола. Лорд Рейвен следил за ее поисками.

— Осмелюсь вам помочь, — предложил он с шутливой робостью.

Он высыпал из кошелька на ладонь пригоршню монет. Это были итальянские монеты, от самых мелких с дырочкой посередине до крупных, золотых. Клиона колебалась, и он добавил:

— Похоже, мисс Уикем, вы неизменно отказываетесь принять от меня хоть одну монету. Быть может, когда-нибудь вы вспомните — деньги не имеют особого значения, а есть иные ценности, гораздо более важные.

— Иные ценности? — переспросила Клиона.

Она не могла удержаться от вопроса: хотелось знать, что лорд Рейвен имеет в виду, и в то же время она испытывала смущение — опять ее дразнят.

— Иные, — подтвердил он. — Слышали ли вы когда-нибудь о монетке любви? Не доводилось?

Клиона поняла, что попалась в ловушку, откуда уже не выбраться.

— Тогда я вам скажу, — продолжат лорд Рейвен, — любовная монетка, залог любви — это поцелуй.

Он снова подшучивает над ней. Клиона покраснела и отвернулась, не глядя на протянутую ладонь.

— Мое желание не исполнится, если деньги не мои, — заявила она сухо. — Я приду сюда в другой раз.

— А я сейчас загадаю, — сказала Берил.

Не вслушиваясь в их разговор, она размахнулась и швырнула монету в середину фонтана, где та с плеском исчезла в воде, оставив на поверхности разбегающиеся к краям круги.

— Я передумал, — сказал лорд Рейвен. — Мое желание стоит не полгинеи, а в два раза больше.

Он высоко подбросил золотую гинею, и она скрылась в пенных струях.

— Что-нибудь очень важное? — поинтересовалась Берил.

— Для меня — да, — ответил он.

— Любопытно, что у вас на уме, — надула губки Берил. — Но я не должна допытываться, иначе желание не сбудется.

— Свои желания следует держать в тайне, — согласился лорд Рейвен. — Быть может, вы перемените решение, мисс Уикем? Я чувствую — сегодня боги слушают наши молитвы.

— Тогда я загадаю желание, — сказала Клиона, — обещаю, как только смогу, заплачу долг.

— Итак, вы намерены получить кредит, — заключил лорд Рейвен. — Предпочитаете положиться на обитателей Олимпа, а не на мою скромную персону.

— Да, милорд! — ответила Клиона.

Она взглянула на него с вызовом, но он смотрел куда-то в сторону.