Наблюдая за красотами города, я погрузилась в свои мысли. В старой школе я множество раз становилась участницей драк по разным поводам. То девчонка из компании приревновала парня ко мне и решила разобраться на кулаках, то одноклассница ляпнула гадость, и пришлось заставить ее взять свои слова обратно. Но таких проблем, как со Скоттом Купером, у меня никогда не было. Даже потасовка с верзилами, от которых я спасла Кевина, не казалась мне настолько же ужасной. Хотелось плакать. Плакать и прижиматься к Кевину, чтобы он никогда больше не отходил от меня и всегда мог защитить. Как папа когда-то. Он всегда защищал. Но папы больше не было, а я до сих пор нуждалась в защите.

Я почувствовала, что в глазах собираются слезы. Смахнув их быстрым движением, постаралась незаметно шмыгнуть носом. Но от Кевина это не укрылось. Он еще сильнее прижал меня к себе и потрепал по плечу, давая понять, что он рядом. Я устало улыбнулась.

Когда районы Фэр-Хейвен, Хилл и Уэст-Хейвен остались позади, дома стали выше, а расстояние между ними – больше. Одноэтажные домишки сменились двухэтажными особняками с личными парковками и бассейнами. Некоторые прятались за высокими сплошными заборами, другие, наоборот, выставляли напоказ все свое великолепие. Наверное, в каждом таком доме непременно был дворецкий и имелась оранжерея.

Таксист свернул на насыпную дорогу и припарковал машину возле дома в кофейных тонах с огромными панорамными окнами и черепичной крышей. Особенно меня умилили маленькие фонтанчики вдоль фасада. Дорожка, выложенная гладкими, плоскими камнями, вела к большой двустворчатой двери. Дом показался мне восьмым чудом света. Здесь точно должен был быть дворецкий.

– Кевин, а что это? – глазея по сторонам, спросила я.

– Мой дом, – пожал плечами он.

Я с разинутым от изумления ртом последовала за ним. Конечно, я знала, что волки – дети богатых родителей, но не думала, что настолько богатых…

– Нравится?

– Да, но… Зачем ты привез меня сюда?

– Ты не хотела ни домой, ни в больницу, ни даже к подруге… Не мог же я высадить тебя где придется и уехать.

Кевин с улыбкой оглянулся на меня.

– Мне кажется, я не готова к знакомству с твоими родителями… – пробормотала я.

– Это еще почему? Я вот познакомился с твоими родными, не успев даже толком тебя узнать.

Кевин открыл ключом дверь и жестом пригласил меня пройти внутрь. Заходить, если честно, не было никакого желания. Как его родители посмотрят на меня? Мне хватило знакомства с матерью Дилана!

– Э-э-э, знаешь, – неуверенно начала я, – пожалуй, мне все же нужно в больницу.

– Да ну? – хмыкнул Кевин, пропихивая меня внутрь. – В нашем жилом комплексе есть отличный доктор. Живет неподалеку, берет дорого и совсем не умеет лечить… Зато лицензия в полном порядке.

– Ты умеешь шутить? – буркнула я недовольно. – Слушай, давай я все же уеду.

Кевин схватил меня за руку и поволок за собой. Бросил форменный пиджак на первую попавшуюся софу, и мы прошли дальше. В гостиной он взял с журнального столика пульт и щелкнул им, включая телевизор, а потом жестом предложил присесть. Я плюхнулась на диван.

– Родители уже месяц живут в Париже. Кажется, я даже иногда забываю, как они выглядят… – Кевин слабо улыбнулся, пытаясь скрыть горечь. – Так что эта халупа полностью в нашем распоряжении. Добро пожаловать.

Он быстро удалился, оставив меня одну. По ящику шел концерт какой-то рок-группы.