– Что случилось? – взволнованно спросили оба парня.

– Хотела посмотреть на спасителя своей дочери. Возможно, я слегка-а-а приукрасила последствия драки, – расплывшись в улыбке, сказала мама, – но сотрясение мозга у нее действительно есть.

У меня отвисла челюсть. У ребят тоже. Дилан и Томми смотрели на нас, молча хлопая глазами. Видимо, лишились дара речи, прямо как я.

– Ну, – вставая, начала мама, – и кто из вас Дилан э-э… Буковски?

– Буковски это писатель, миссис Джонсон, – переминаясь с ноги на ногу, неуверенно проговорил Дилан, – а я Сабовски. К тому же никакой я не спаситель, я ничего не сделал… Всего лишь захотел справедливости.

– Вот это как раз и достойно похвалы, мой милый. Хорошо, что ты не стал махать кулаками, а попробовал решить проблему мирным путем. – Она взглянула на меня, потом опять на Дилана. – Иди к нам, присаживайся. А ты?..

– Томми, – ответил тот. – То есть Томас Эллис, миссис Джонсон.

– Очень приятно, ребята. Давайте проходите!

Мама похлопала по стулу возле моей кровати, приглашая присесть. Томми, ухмыльнувшись, позволил Дилану занять почетное место, а сам уселся на подоконник. Наш рыжий ловелас замялся, но в конце концов присел и заерзал, словно под задницей у него кишело змеиное гнездо. Забавно было наблюдать, как самоуверенный и раскрепощенный парень буквально за минуту превратился в смущенного мальчишку. Новая ипостась Дилана Сабовски. Что-то явно интересное.

Я не понимала, зачем вообще мама настояла на том, чтобы провести вечер в больнице под наблюдением врачей, не понимала, что сейчас будет происходить… в такой-то компании. Но мне очень хотелось расспросить Дилана, почему он решил наказать потаскушек, а не главного виновника.

Не успела я опомниться и отойти от первого шока, последовал второй. Больничная дверь снова открылась, вошла медсестра, а за ней прошмыгнула Нат и по-черепашьи заползла бабушка Софи. Глаза у меня поползли на лоб! Уже дважды за вечер! Зачем они-то приперлись?

Медсестра сделала запись в регистрационной карточке и сразу вышла, а остальные не собирались следовать ее примеру. Дилан медленно поднялся со стула, который еще толком не успел прогреть седалищем, попытался отойти в сторонку, но споткнулся о кровать и чуть не свалился на бабушку. Та, нахмурившись, взглянула на него.

– Осторожно, юноша, – пробасила она, – нам ведь не нужен еще один пациент.

– П-простите… – Он учтиво поклонился, потом снова посмотрел на бабушку, – миссис э-э-э…

– Софи, – буркнула та и, отодвинув от стула Дилана, сама разместилась на сиденье. Затем снова посмотрела на Дилана, хмуря кустистые брови, и добавила: – И что, позвольте узнать, произошло с моей внучкой?

Томми вжался в подоконник, будто его тут не было, а Дилан с достоинством пытался выдержать бабушкин взгляд. Но молча.

– Я подралась! – ответила я, не давая окончательно сдуться самомнению Дилана. – Подралась, но не смогла справиться с противником… Все в порядке. Зачем вы пришли?

– Вот же бестолковая девка! Пойдем домой, Марта. – Бабушка взглянула на маму. – Пусть эта бестия самостоятельно разбирается со своими проблемами. Подралась, – проворчала она, замахиваясь на меня сумочкой. – Хочешь, я сама тебя буду по графику лупить? Может, перестанешь влипать в неприятности.

Воцарилась тишина. Я видела, как за меня переживают родные, и понимала, что мои слова их вряд ли успокоят. Однажды из-за меня Карина загремела в больницу, теперь я сама сюда попала.