– Трудно не согласиться, – кивнул Томми. – Но, мне кажется, Кевин просто боится, что мог его убить. Ну, знаешь… наступить на те же грабли.

Я об этом не подумала. А теперь вспомнила, как Кевин избивал Купера, пока тот не стал захлебываться собственной кровью, и меня передернуло. Мне до сих пор не было его жалко, но я не хотела, чтобы Кевин стал убийцей. Снова…

– Кстати, – пытаясь отбросить страхи, нарушила молчание я, – хотела спросить, как ты заставил сознаться этих стерв? И… почему это сделал?

– Я, как всегда, растрепал, что записку, которую ты мне всучила, передала Дэйзи. И Дил вдруг взбесился…

– Эй! – смутился Дилан. – Я здесь вообще-то. Захотел и заставил. Какая разница?

– Большая, – ответила я улыбнувшись. – Хочу знать, как действовал мой герой.

Дилан отвел взгляд.

– Томми, оставь нас, пожалуйста.

Мы переглянулись с Томми, а потом этот предатель встал и действительно покинул палату. Без слов. Просто вышел.

– Эй, – нервно улыбнулась я, – ты чего?

– Я сказал Дэйзи, что схожу с ней на свидание, если она мне все выложит. Притворился, будто хочу быть в курсе всего, чтобы высмеять тебя в нужную минуту. Пришлось включить обаяние на полную мощность и соблазнить ее… – Дилан заглянул мне в глаза. – Очень по-геройски?

Я не знала, что на это ответить. Как не знала, что меня раздражало больше – то, что Дилан так поступил с девушкой, или то, что он пообещал сходить на свидание с моим врагом?

– И что… пойдешь с ней на свидание?

– Что? – усмехнулся тот. – При чем тут свидание? Нет, конечно. Я поступил как истинная сволочь… Довел ее до слез. – Дилан поджал губы. – Знала бы твоя мама, что я силой затолкал ее в кабинет директора, не говорила бы, что я не распускал руки.

– Ну-у-у, – протянула я, – формально ты ведь ее не бил. А еще мама сказала, что «ты не стал махать кулаками».

– А ты, видимо, сильно ее ненавидишь. – Дилан взял полотенце на прикроватной тумбочке и вытер руки после чипсов. – Остальные девчонки накинулись на меня, пытались остановить, пока я тащил Дэйзи на плече, но я шел вперед. В итоге мы завалились в кабинет директора все вместе. И там я уже расколол каждую.

– Зачем? – фыркнула я. Представившаяся картина показалась мне комичной. – Что за мания торжества справедливости?

– Это не мания, Цветочек. Просто я втрескался в тебя окончательно и не готов прощать твоих обидчиков.

Уши, кажется, даже заложило от этих слов. Моторчик в груди завелся, а щеки залились краской. Я не знала, как реагировать, что ответить. Мозг на какое-то время просто перестал функционировать.

– Прости за это.

– За что? – потупилась я.

– За это.

Дилан наклонился ко мне, коснувшись шеи, и поцеловал. От неожиданности у меня перехватило дыхание. Дилан придвинулся ближе, положил свободную руку на мое запястье и более чувственно прижался губами. Я ощутила мягкость прикосновения, дорогой мужской парфюм и запах сырных чипсов… Внизу живота разлилось приятное тепло, но в сознании всплыло лицо Кевина. Я попыталась остановить Дилана, но он вдруг сам прервался. Не отстранился, прижался к моему лбу своим и тяжело задышал. Я не двигалась.

– Так больно осознавать, что тебе нравится другой.