– Оу, погоди, Цветочек! Мне не нравится Харрис и вся его стая, но читать личные записи…

– Он пропал, Дилан! Кевин исчез, и никому нет дела!

– Ты зря паникуешь…

– А если нет?

– Ну прочитаешь ты дневник, и что с того? – подключился Томми, складывая руки крест-накрест. – Как это поможет его найти?

– Я все равно сделаю это! – ударив рукой воздух, крикнула я.

Пусть там не будет ничего стоящего, пусть не будет ничего полезного, но я буду знать, что сделала хотя бы что-то!

Глава 20

Тайна Кевина Харриса

Я быстро сдернула с плеч рюкзак, бросила на землю, присела и принялась в нем рыться. Толстая тетрадь в кожаном переплете обнаружилась сразу. Я открыла ее с самого начала и поняла, что заполненных страниц очень мало. Ничтожно мало.

– Я в этом участвовать не буду! – нахмурился Дилан.

Томми согласно закивал. Но плевала я. Похоже, я была единственным человеком, которого пугало исчезновение Кевина. Я уселась на рюкзак, словно на подушку, и начала читать записи Кевина.

Никогда раньше не вел дневников. И теперь не собираюсь. Но об этом хочу написать. Чтобы помнить, что я натворил. Чтобы заставлять себя перечитывать. Потому что я заслужил это.

Я трус. Я ничтожество. Я убийца!

Я подняла глаза на ребят, сглатывая ком в горле. Хоть они и делали вид, что не замечают, как я волнуюсь, все равно нет-нет да и посматривали в мою сторону.

Просто начну. Если сейчас не начну, то струшу. Опишу тот самый вечер. Вечер школьной поездки, который стал кошмаром для меня. Вечер, когда я стал убийцей.

Вначале всех учеников довезли до леса, потом были соревнования, награждения. Мы с ребятами, как обычно, свалили подальше от этого дерьма. Затарились алкоголем, устроили вечеринку в хижине у озера, позвали девчонок из группы поддержки. В общем, веселились. Ближе к вечеру, когда мы все уже изрядно напились, подтянулись остальные. Громкое музло и куча первоклассной травки сносили головы. Даже те, кто не курил, ловили приход. Подтянулись лузеры, непонятно, кто их позвал. Хотя вру. Скотт, конечно. Он любил играть с ними. И я не отставал, тоже глумился.

Увидев Рики Вудса, я взбесился. Скотт знал, что я готов был убить его за ту подставу с пончиками. Я чуть не справил нужду прямо в штаны из-за отравления. Представляю, что было бы, если бы все же справил.

Рики мнил себя чуть ли не богом. Ученый выскочка. Противный до невозможности, но безобидный. Можно было его и не трогать. Но я распсиховался. Мне хотелось унижать его постоянно. Я будто помешался на нем.

Когда я стал издеваться над Рики, тот захотел уйти. Но я его не отпустил. Он сказал, что не хочет проблем. Попытался соскочить. Как будто я ублюдок, до которого ему нет дела. Это разозлило меня еще больше.

По его милости я буквально просрал учебу по обмену в Берлине. Родители были в бешенстве и здорово дали мне по мозгам. А Рики просто извинился. Я не простил его.

Я предложил Рики на вечер забыть о вражде. Конечно, просто врал. Чтобы потом снова поиздеваться. Тот был простаком. Поверил. А мои ребята уже подмешали ему в пиво порошок радости. О том, как он действует в первый раз, ходят легенды.

Сначала я, правда, веселился. Но потом шутки превратились в настоящую расправу. Когда посмотрел видео на следующий день после смерти Рики, я ненавидел себя. Под наркотой мне было просто смешно.

Рики накрыло конкретно. Он полностью разделся. Сверкая членом, начал приставать к девчонкам. Я раз врезал ему, чтобы пришел в себя. Но вместо этого он обрыгался.

То, что я приняла за джем, было рвотой. Я не представляла, как парень смог настолько обильно себя обделать, но факт оставался фактом… Тяжело выдохнув, я снова принялась вчитываться в текст.