Но Грей не испытывал неприязни к несчастному существу, видя его таким беспомощным. Ему хотелось пристрелить робота скорее для того, чтобы избавить от страданий, какими бы они ни были.

– Черт с ним, – пробормотал Грей скорее себе, чем автоматону. – Уже почти Рождество. – Он сунул пистолет обратно в карман куртки и сел в ховеркар. Грей оставался настороже, опасаясь, что теперь, когда у него пустые руки, эта штука может наброситься, но та просто наблюдала.

Она могла умереть от повреждений или уползти, чтобы ее починили собратья. По крайней мере, это жалкое создание получило от него шанс на спасение. После грубых обвинений в клубе, Грей почувствовал себя лучше, проявив немного милосердия. Во всяком случае, чуть лучше…

Оставив съежившегося робота позади, он уехал в снег и ночь.

* * *

На следующий день по-прежнему шел легкий снег. Окна ресторана ближневосточной кухни были усыпаны разноцветными лампочками. Грей и сидевший напротив него пожилой мужчина заказали табуле и фалафель, но Грей выбрал блюдо из курицы, а пожилой мужчина предпочел баранину. Ын Ютсан, глава триады, не раз в разговоре с Греем шутил, что именно их общая привязанность к ближневосточной кухне вдохновила его назначить Грея центровым. Это, а также схожие вкусы в музыке.

– Ты же знаешь, как я люблю джаз, – сказал Ын в качестве объяснения вчерашней стрельбы. – Меня тошнило при мысли о том, что эти машины могут обойти в джазовом конкурсе такую замечательную группу, как «Креветка». Роботы крадут потрясающую музыку, которая им чужда, просто захватывают ее, будто пытаются отнять у нас все: работу у простых работяг, мой собственный бизнес…

– Чум джаз тоже чужд, – заметил Грей настолько вежливо, насколько только мог. – Но их не убили. – Он не осмелился нагнетать обстановку и добавлять, что с китайцами джаз также традиционно не ассоциируется.

– Чумы – почти люди. Их чувства – не ловкое притворство, как у роботов. А эти штуки, похоже, действительно верят в свои эмоции, что делает ситуацию еще отвратительней. Но дело не только в том, что меня расстроил джаз в исполнении машин, Грей. Их прислали из банды Чокнутых. Они враги – выставляют себя напоказ на моей территории, заводят друзей, которых могут превратить в своих дилеров. С меня хватит. Пришло время отправить этих роботов обратно в подземку. Поэтому я привлек нескольких стрелков из клана моего брата с Земли, чтобы их невозможно было опознать. Но мне хотелось, чтобы все произошло публично, так, возможно, люди в районе дважды подумают, прежде чем иметь дело с этими заводными солдатиками и покупать их зуммеры.

– Но боюсь, мы могли немного отвратить от себя район, сэр. Люди были недовольны тем, что один невинный был убит и еще один ранен. И полиции это тоже не понравится…

Ын вяло отмахнулся.

– Я удвою им выплаты на Рождество. Это очистит их совесть.

– Я просто чувствую себя неловко, сэр, из-за тех невинных…

– Прежде ты не казался мне настолько чувствительным, мой дорогой мальчик, – говоря это, Ын улыбнулся, но многие уже научились бояться его улыбок.

– Я не чувствительный. Просто никогда раньше не видел, как невинные гибнут от наших стрелков, и не считаю… не считаю, что разумно создавать прецедент.

– Возможно, люди моего брата немного жестче моих, – признал Ын. – Им приходится быть такими на Земле. Ты же с детства там не был, верно? Что ж, мягче там не становится, мой мальчик.

Грей вздохнул, опустил взгляд в маленькую чашечку со своим эспрессо, кофе был таким крепким, что напоминал гущу.