Во-первых, она боялась, что с Джеком что-нибудь случится, пока он будет гоняться за де Сеговией. А во-вторых, ей была невыносима сама мысль о разлуке с мужем. Как бы это ни было нелогично, Миранда хотела быть с ним рядом. Именно этой ночью она поняла, насколько это серьезно.

Когда она попросила его об этом, он в ответ нежно ее поцеловал, но ничего не пообещал, только пробормотал, что он «пират, в конце концов», закрыл глаза и уснул. Джек спал беспокойно, а Миранда, повернув голову, смотрела на него. На щеках его за ночь появилась щетина, более темная, чем волосы. Во сне он не был таким грозным, хотя в лице его было что-то дикое, но ей и это нравилось.

Джек проснулся, когда рассвет уже посеребрил комнату. Кровь Христова! «Морскому ястребу» скоро в путь, а он лежит тут, нежится на постели. Он хотел вскочить на ноги, но только повернулся на бок, решив разбудить Миранду поцелуем. Однако он обнаружил, что она проснулась и смотрит на него.

— Я должен идти, — невнятно проговорил он, страстно желая остаться.

— Я знаю, — Миранда улыбнулась и села на кровати. Простыня, закрывающая ее, упала, но она даже не заметила. Она не обратила внимания и на то, что, поднимаясь, задела плечом Джека, который хотел поцеловать ее. — Ты, наверное, спешишь?

Что случилось? Что произошло с этой женщиной? Вчера она не помнила себя от страсти. Не хотела, чтобы он оставлял ее.

— Да. Фин, верно, беспокоится, не случилось ли чего со мной.

— Конечно, — Миранда принялась расчесывать волосы. — Твоя одежда — там.

— Моя одежда? — Джек посмотрел, куда она ему указывала. Его вещи лежали в углу, в полном беспорядке. Она вела себя так, что трудно было поверить, что вчера они срывали их друг с друга в порыве страстного желания. Он следил за ней глазами, недоумевая, что произошло, и стараясь не обращать внимания на ее молочно-белые плечи и круглые бедра. Джек чуть не застонал вслух, когда она нагнулась за его рубашкой. У него же есть еще немного времени. Ему захотелось схватить ее сзади, погрузиться поглубже и стереть с ее лица маску равнодушия.

Впрочем, она была решительно не в настроении. Не успел Джек свесить ноги с постели, как она уже надела сорочку и простое платье. Открыв рот от удивления, Джек смотрел, как она пытается завязать сзади ленты.

Наконец она подняла глаза. Он еще не думал одеваться. У Миранды закружилась голова, а сердце забилось сильнее, но она строго сказала себе, что сейчас не время для любви, хотя муж, по всей видимости, так не считает. Похоже, его плоть была согласна с ним. Миранда чуть не упала в его объятия, но у нее было еще много дел, и она попыталась сказать:

— А ты… ты, что… не собираешься одеваться?

Кровь Христова! Она холодна как лед! В его жизни не было случая, чтобы кто-нибудь так хотел избавиться от него. Хорошо же, он тоже может показать ей, что прошлой ночи вовсе не было. Джек стал одеваться. Желания его, однако, еще не испарились до конца, и он, ругаясь себе под нос, еле затолкал себя в бриджи. На измятой рубашке не хватало пуговиц, но ему было наплевать. Джеку хотелось быть таким же холодным, как Миранда. Что же все-таки с ней случилось? Должно быть, утром она вспомнила, что он — пират и ей не пара. Неужели она настолько занята своими мыслями, что даже не попрощается с ним? Со все возрастающим удивлением он смотрел, как она ищет в своем шкафу какие-то книги. Боже милостивый, она, кажется, собирается приняться за чтение, не дожидаясь его ухода.

Джек так торопился, что натянул на себя сапоги и сюртук почти одновременно.

— Не надо меня провожать, — сказал Джек, чтобы привлечь ее внимание. Миранда собиралась что-то писать и хотела обмакнуть перо в чернильницу.