— Что такое, Шрам?

Если это не было попыткой отвлечь его от того, куда пошел Фин, Джек был готов прыгнуть в море с верхушки грот-мачты.

— Насчет нашего рейда в Сан-Августин. Какая же, интересно, будет добыча?

Джек натянуто улыбнулся, внимательно посмотрел на спрашивающего и сказал:

— Честно говоря, не знаю. Но мы же уже обсуждали этот вопрос?

— Правда, капитан? А я и забыл!

Шрам вернулся к прерванной трапезе видимо ретив, что капитана теперь уже можно и отпустить. Джек с грохотом встал, скамейка на которой он сидел, перевернулась. Никто не решался поднять на него глаза.

Нагнув голову, чтобы не задевать низкий потолок, он вышел. Что-то произошло. Он подозревал, что что-то не так, теперь он был в этом уверен. Пока он только не знал, в чем дело. На борту судна бунт может вспыхнуть в любую минуту. Но Джек не верил, что его команда на это способна. Кроме того, если бы они что-то замышляли, они бы заявили об этом, а не стали бы таскать с камбуза пищу.

Нет никакого сомнения, что происходит что-то странное, и он намерен точно узнать что. Не очень приятно подозревать команду во всех смертных грехах, но, может быть, это отвлечет его от мыслей о жене, хотя бы ненадолго.

— Да говорю вам, он что-то знает.

Фин сидел на бочонке с водой и смотрел на Миранду, которая давилась галетами и солониной. Они разговаривали в носовой части трюма, где Фин устроил Миранду, отделив для нее уголок старой парусиной и одеялами. Там было довольно сухо и не так пахло затхлой водой.

— Расскажи мне снова, как все это было.

Миранда пыталась разгрызть не очень-то аппетитный сухарь, наконец, ей удалось отломить кусок и при этом не потерять зуб.

— Он спросил меня, куда это я иду, да еще с куском мяса, — начал Фин. — Верно я вам говорю, что он что-то заподозрил.

Миранда проглотила мясо и вздохнула.

— Надо мне признаться ему во всем, — она пожевала ноготь и задумчиво спросила: — Как ты думаешь, может он сейчас повернуть обратно?

— Не знаю, — Фин поскреб в затылке. — Капитан хочет добраться до испанца, но он вряд ли захочет тащить вас с собой. Не надо было мне пускать вас на борт.

— Не вини себя. Фин. Это я настояла.

— Какой с женщины спрос, — Фин говорил теперь твердым и решительным голосом. — Мне надо было быть умнее. Только посмотреть, как вы тут спите, в этой грязи, и укрываетесь одеялом, побитым молью. — Он остановился и с сокрушением покачал головой.

— Мне здесь не так уж плохо, — попыталась утешить его Миранда. Хотя на самом деле три дня в этой темноте и удушливом вонючем воздухе показались ей целой вечностью. Это оказалось гораздо тяжелее, чем она себе воображала.

— Нет, это я виноват, — настаивал Фин, как будто не слыша ни слова из того, что говорила Миранда. — Я просто не знаю, как буду все это объяснять капитану.

— Надо было подумать об этом раньше.

Старый парус, служивший Миранде занавесом, отлетел в сторону, и оба заговорщика замерли на месте от испуга и изумления. Перед ними стоял Джек Блэкстоун. Рука его была на эфесе короткой абордажной сабли. Однако, увидев Миранду, сам он был так удивлен, что с открытым ртом застыл на месте.

— Кровь Христова!

— К-к-капитан, я все объясню, — бестолково заикался Фин, пока вдруг не понял, что тот, кому он пытался что-то сказать, его даже не видит.

— Что ты тут делаешь, Миранда?

Ее муж, казалось, не способен был поверить своим глазам. Она заметила, что он даже прикрыл глаза, думая, что она привиделась ему. Но этого не произошло, он понял, что она существует на самом деле, и Джек тут же схватил ее за руку и потащил к люку.