Ко мне многие относятся с почтением из-за моей службы в ближнем круге князя. Но, некоторые за спиной шушукаются, мол, он — князь, а она — коровья лепёшка. Я и сама знаю, что мы из разных миров. Даром, что грамотная и одета, как дворянка — всё равно я дочь захребетников — «гулящих людей». Голод, страх и мучение — вот воспоминания о моём детстве. Мои родители были скоморохами. Ходили с ватагой по торжищам. Смешили людей. Вся радость — поесть от пуза, поспать в тепле и покуролесить на сеновале. Мать часто кричала на отца за беспробудное пьянство и за ночи с шалавами. Думала, что я не понимаю. А я умной уродилась. Сама научилась читать и смешные вирши складывать. Отец научил ставить силки и ловить неводом рыбу. Есть захочешь — быстро научишься.

Вот так же и с чтением. У кого есть интерес, те быстро схватывают. А кто учится из под палки, тем хоть кол на голове теши.

С грязью то же самое. Я вот привыкла умываться и чистить зубы утром и вечером, как мой хозяин делал. Щётка со щетиной с княжеской мануфактуры не дешёвая, а Хома, что складами в школе заведует, так и норовит зайти утром и втихарца свои зубы ею почистить. Я бы могла наорать на него, но зачем. Просто помою щётку в щёлоке и она снова как новая. Так то он дядька неплохой. Только болен и глухой))).

Я хочу в Рижский университет поступить. Латынь и немецкий я знаю. Буду настоящей учительницей. Вот на учёбу деньги и откладываю.

Сейчас у нас как всё устроено? Сначала в церковно-приходской либо в городской или уездной школе четыре года нужно учиться. Кто-то за это время только по складам научится читать. А кто-то споро и читает, и складывает, и пишет. Тем дорога у кого деньги и желание есть — в гимназию или в реальное училище. Ещё четыре года всяким новым предметам обучаться. А уж самые умные после гимназии в Ригу, в Росток или в Кёнигсберг — в университет.

Поначалу себежские дворяне учёбу не слишком жаловали… Да они много чего не хотели. Зачем плуги с железным лемехом? Крестьяне же всегда деревянной сохой обходились. А как увидели, что новый плуг вдвое быстрее поля пашет, то и призадумались. А многие уже и купили себе в имение.

Боярская Дума ещё при Заруцком приняла указ о распашке лесов. Пашни то у нас мало, а лесов вокруг полно. Так вот делают селяне просеку и выжигают лес на сотне десятин. Потом пни выкорчёвывают, вспахивают и зерно в золу бросают. Первый урожай на горелом поле очень хороший, потом меньше, а на третий год уже не очень.

Фламандец, которого князь пригласил за княжескими полями смотреть, разбивает большое поле на четыре участка и везде разное сажает: пшеницу, картошку, горох, ячмень. А на следующий год меняет местами. Хитро придумано. Урожаи с участков вдвое больше от прошлого разбива.

Я хожу на мануфактуру к дядюшке Корнелиусу. Господин Дреббель два года назад в Себеж приехал и князь ему много заданий дал и денег на всё оставил. Пока дядюшка только одно дело до конца довёл — инкубатор для цыплят. Вот поэтому я сюда и люблю ходить. Цыплят кормлю. Они такие забавные. А ещё дядюшка делает по заданию князя ртутный термометр и гремучую ртуть. Только меня в лабораторию не пускают. Князь дядюшке сказал, что пары ртути вредны и нужно носить повязку на лице, а на руках перчатки.

Новость. У нас стали делать карандаши. Это такие палочки, а внутри мягкий уголь. Для армии, флота, коллегий и школ их много нужно. Управляющий доволен. Купил себе карету на рессорах.