– Хм, а Ларсон выдал за свежую… В общем, собирайся, летишь на Ауру. Полчаса на сборы, потом – в Отдел, домой возвращаться не будешь, поэтому вещи захвати с собой… Рот закрой, все объясню в Отделе.

С чего он взял, что я удивился? Все едут на Ауру: Брубер, Цанс… Рунд и моролинги там давно живут.

– Ладно. Аура, так Аура. Татьяне передайте, что я ее очень любил, насчет венка проконсультируйтесь у Яны, у нее хороший вкус…

Его уже не было на экране.

Жирно смазанные тосты отправились в мусорное ведро. Кофе выливать было жалко, и я его допил, хотя и потерял на этом секунд шесть-семь. В дежурный рюкзак полетели туалетные принадлежности, аптечка, кое-что из белья, полупустой пакетик с тостами, путеводитель по галактике и бластер. Из тайника в вентиляционном окне был извлечен пакет с идентификационными карточками на разные имена, включая женские.

Снова запищал комлог. На дисплее мигал позывной Шефа: «Черт». Этот позывной Шеф стал использовать после того, как пронюхал, что в автопилоте моего флаера Отдел проходит как объект «У черта на рогах».

– Я еще тут.

– В Отдел не заходи, встретимся у парковки. Жду.

У парковки… Это что-то новенькое.

Шеф стоял между двумя флаерами. Размахивая руками, он показывал, где мне приземлиться. Он полагал, что я втиснусь. Интересно, когда он последний раз парковался на общественной парковке? У начальства персональные места на крыше Редакции.

Я сделал ему ручкой и полетел в конец парковки. Шеф, грозя кулаком, побежал следом. Значит, дело действительно срочное.

– Почему там не сел? – спросил он, держась за сердце.

– Оттепель, Шеф. Флаер за ночь разбух.

Он фыркнул и махнул в сторону леса.

– Пойдем прогуляемся.

Лес вокруг здания Редакции, конечно же, никакой не лес, а парк. Плодородную почву соскребли с «подсолнечных» склонов гор, окружающих Фаон-Полис с трех сторон, разбросали на сотне-другой гектарах вокруг Редакции и как попало засадили деревьями-мутантами. Мутанты вытянулись метра на четыре и продолжают расти – насколько высоко – никто не знает. В любом случае, четыре метра – это в три раза выше, чем в среднем по экватору.

Присыпанная оранжевым гравием, центральная аллея вела от здания Редакции к озеру. Туда мы и направились.

– Шеф, от кого мы прячемся?

– В Отделе Виттенгер, он не даст поговорить.

– Фу-ты… Я-то думал, налоговая…

Шеф поежился – ветер в аллее дул как в аэродинамической трубе.

– Свернем? – предложил я. – В лесу ветра нет.

– Идем прямо.

Шеф никогда не говорил, где родился, но по тому, с каким недоверием он относится к фаонской природе, можно судить, что не на Фаоне.

– Дело Евклида еще не забыл?

– Помню: четыре бомбы в вершинах тетраэдра. Три он закопал на Земле, и они взорвались. Четвертую бомбу я нашел в корабле с делегацией с Ауры. Эту бомбу я обезвредил. И вот, до сих пор жду ордена от ауранского правительства. Он случайно не пришел?

– Евклида не поймали, – угрюмо ответил Шеф, – но есть новости. Корабль, на котором летела делегация, был совсем новым.

– Я это заметил. Унитазы там…

– Слушай и не перебивай. «Боинг-Дуглас» сошел со стапелей за неделю до старта от Терминала Земли. Это был его первый рейс. Доходит?

– Пока нет, – признался я. – Дайте еще одну подсказку.

– Даю. Делегация с Ауры должна была лететь на другом корабле, старом «Локхиде».