|
А я подумала, что на шутку это не тянет. Скорее уж на констатацию беспощадной правды. – Послушай, Слепень, – я старалась вложить в свои слова максимальную убедительность, – дело обстоит куда сложнее, чем кажется... Побеседуем с глазу на глаз. Если, конечно, не боишься. Бояться ему и в самом деле нечего. Хлипкий парень и пытающаяся казаться решительной девчонка – оба в наручниках, да еще беспомощный старик, крепко привязанный к кузову тележки. – У меня нет секретов от товарищей, – всё же развел Слепень руками. – Иногда и стены могут проболтаться. Он смерил меня пристальным взглядом. Хмыкнул, обернулся к своей разношерстной банде и помахал тыльной стороной ладони, указывая им на выход. – Ну и что ценное ты хочешь поведать? – спросил, едва двери за ними захлопнулись. – Случайно, не номер швейцарского счета Чингиза? Он небрежно устроился в мягком кресле. Его пальцы, свесившись на низкий журнальный столик, постукивали по рукоятке «беретты». Нас разделяло не больше пяти метров. Если я на него прыгну, все равно он успеет нажать курок. С такого расстояния промахнуться невозможно. Что же ему сказать? Время тянулось, мы смотрели друг на друга, и я лихорадочно перебирала возможные варианты. Артем в этот раз благоразумно молчал. Со слабой надеждой я покосилась на Старика – времени прошло изрядно, неужели в голове у него еще не проясняется? Хоть он и враг, но в этой ситуации... Увы, вид Михалыча не внушал оптимизма, а фраза насчет «маразматического существа» по-прежнему имела явные основания. Пауза затягивалась, я сказала первое, что взбрело в голову: – Слепень, мы не те люди, на которых можно заработать деньги. Единственное, что можно заработать, – неприятности. – Это что, угроза? – чуть удивленно вскинул он брови. – Нет, нет, – отчаянно дернула я головой. – Чингиз действительно не даст тебе ни копейки. Из-за нас у него проблемы с полицией. Крупные проблемы. Думаю, он даже будет рад, что избавился от нас. Охотникам за органами тоже не нужны проблемы. Никто не даст тебе ни копейки. – Девочка, если ты пытаешься пудрить мозги... – Правду легко проверить. Скоро вся Москва заговорит о перестрелке в «Глубине». Думаю, через несколько часов и полиция, и «охранка» будут стоять на ушах. Это плохое дело, Слепень, очень плохое... Лучше бы тебе сделать вид, что ты нас не встречал. Даже в метро не будет достаточно безопасно... – В метро я – хозяин! – резко перебил он. Господи, неужели такой дурак? Маска ироничного спокойствия сползла с него. Губы задрожали: – Здесь я – хозяин! Я! Он опустил глаза и, вцепившись в рукоятку «беретты», добавил уже тише, глуховатым изменившимся голосом: – Пускай приходят. Пускай. Здесь и останутся. Я вдруг подумала – слишком уж странный он для заурядного бандита. И как ему удается держать остальных в подчинении? Слепень опять глянул на меня и попытался улыбнуться: – У Чингиза неприятности – это хорошо. Люблю, когда вы, жирующие уроды, начинаете стрелять друг в друга, А когда ваша полиция начинает стрелять в вас – это вообще замечательно. – Это не _наша_ полиция! не выдержал Артем. |
