Вечером у костра состоялось заседание штаба отряда, и большинство предлагало утром продолжить поход и отправиться к следующему заброшенному поселению, о котором было известно Дружелюбным. Мне такой подход к делу не очень нравился, так как я бы предпочёл, чтобы Элиза отлежалась ещё денёк, чтобы полностью прийти в себя после первого этапа лечения. Моё мнение никого особо не интересовало, но в итоге именно оно оказалось решающим.

— Предлагаю задержаться здесь ещё на один день, — озвучил я своё мнение.

— С хрена ли? — как всегда непосредственно высказалась Барбара.

— Я тут переговорил с Дружелюбными, и они обеспокоены.

— Почувствовали какую-то опасность? — встрепенулась Ева.

— Пока нет. Беспокойство несколько другого рода. Я ещё в самом начале объяснил им, что их вознаграждение за сопровождение экспедиции зависит от размера нашей добычи. Чем больше полезного мы найдём, тем больше будет и их доля вознаграждения. К сожалению, они не очень хорошо представляют, что имеет ценность для людей, но кое-что уже начинают соображать. В частности, они заметили, что нас интересуют металлы. Поэтому они выражают беспокойство, что мы собрали не всё железо, находящееся в этом посёлке.

Демид перевёл вопросительный взгляд на руководителя группы поисковиков, которые специализировались на обнаружении любых вещей, представляющих ценность, и отвечали за хозяйственную часть рейда.

— Херня! — уверенно заявил здоровяк Олаф. От возмущения густая борода двухметрового норвежца даже встопорщилась. — Мы здесь перерыли каждый метр поверхности, во всём посёлке не осталось ничего ценного. Пацан просто понятия не имеет о нашей работе и не понимает, что, кроме обычных методов, мы используем также поисковую магию.

— Олаф, один из самых опытных поисковиков в Москве, от его взгляда трудно что-то спрятать. Раз он говорит, что он и его ребята всё здесь обшарили, и больше ничего ценного здесь нет, то этому можно верить, — заверила меня Ева.

— Или ты сомневаешься? — воинственно уставился на меня Олаф.

— Кто я такой, чтобы подвергать сомнению слова столь уважаемого человека, — смиренно склонил я голову. — Но вот ведь какая штука. Дружелюбным насрать на то, кто такой Олаф и на его авторитет. И в отличие от людей, они местные и несколько лучше ориентируются в здешних условиях. Поэтому раз они говорят, что мы выгребли не весь металл, то я склонен им верить. Тем более что они утверждают, что это бывший посёлок рудокопов, которые здесь выплавляли из добытой руды черновой металл. Так что металл здесь был. Согласен, что основную часть продукции вывезли, но ведь должно было что-то остаться, а мы ещё пока не находили промышленных болванок металла.

Олаф порывался что-то возмущённо сказать, но Демид прервал его, повелительно подняв руку. Авторитет командира был столь высок, что гордый норвежец замолк на полуслове.

— Думаю бессмысленно в данном случае сравнивать опыт человека и демонов, которых мы выбрали в качестве проводников, особенно с учётом того, что это именно они привели нас к развалинам этого поселения. Просто проверим их информацию. Один день для нас ничего не решает. А если здесь и вправду ещё остался металл, то мы будем последними идиотами, если уйдём отсюда несолоно хлебавши. Вот как раз заодно и проверим, насколько можно доверять этим мишкам-милашкам, — заявил Демид.

Желающих возражать не нашлось.