Самым сложным оказалось повреждение лица. И даже не самого лица, залечить ужасные шрамы было делом не таким уж сложным, и это я оставил на потом. Хотя мази и декокт и так неплохо справлялись, и шрамы уже уменьшились наполовину.

Мне удалось даже восстановить сам повреждённый глаз, по крайней мере его физиологическую составляющую. В магическом зрении глаз был теперь как целый. Но я не обольщался, потому что принцип соединения его с сетчаткой глазного дня и сам принцип функционирования глазного нерва, требовал специальных медицинских познаний, причём о строении именно человеческого тела. То есть глаз теперь был целым, но не функционировал как орган зрения.

Достижение было в том, что для завершающего этапа теперь не требовался целитель уровня архимага. Да, работа была тонкая, но здесь нужны были просто умения и знания, а не запредельная магическая мощь. Настала пора подключить к процессу лечения Сигизмунда, может быть, отрядный целитель справится. Ну а если даже и нет, то по возвращении в Москву Элиза сможет обратиться к квалифицированному целителю. Уж на обычного хорошего целителя-мага денег у неё хватит.

Не меньшей головной болью было восстановление энергоструктуры тела бывшего сильнейшего мага отряда. Восстановление энергетического каркаса не требовало особого мастерства, только силы и упорства. А вот с энергетическими каналами возникла проблема. Они были перепутаны, перекручены, часть из них скукожилась и почти не пропускала энергетические потоки. Пока все мои многодневные усилия привели к тому, что Элиза достигла в лучшем случае пятого магического ранга и то это состояние было крайне неустойчивым. Каналы всё время норовили съёжиться обратно и перекрутиться.

Я уже не знал, что делать, как вмешалась наглая мохнатая скотина, которая со скуки наблюдала за моими манипуляциями.

— Ты неправильно всё делаешь, — вдруг заявило это исчадие ада.

— Ты ещё меня поучи, — взорвался я. — Тебе-то откуда знать, скотина безрогая.

— Да это любой высший знает, — высокомерно заявил, Майло. — А уж в деле заживления магических повреждений, моя порода толк знает. Недаром даже у людишек говорят: заживает как на собаке.

Столкнувшись с таким самомнением, я даже несколько опешил и согласился, чтобы Майло показал мне, как, по его мнению, следует исправлять искорёженные энергетические каналы. И был удивлён. Способ оказался неожиданно простым и эффективным.

Просто это только на словах. На самом деле нужно было обладать развитым магическим зрением, умением тонко манипулировать магическими потоками и владеть определённым уровнем силы. Первым делом внутри энергетического канала нужно было сформировать плотный шар магической энергии. Затем этот шар нужно было аккуратно продвигать по каналу, так чтобы канал распирало и он выправлялся. При этом часть магической энергии с внешней поверхности шара в виде магической субстанции должна была размазываться по стенкам канала, укрепляя их и фиксируя канал в расправленном состоянии.

Соответственно, чтобы шар магической энергии не уменьшался в размерах, приходилось подпитывать его сердцевину новыми порциями магической энергии. Сначала соблюдать равновесие было трудно, но постепенно я приловчился и добился, чтобы шар плавно двигался по каналу и при этом расход магической субстанции на укрепление стенок канала находился в равновесии с поступлением магической энергии в сердцевину шара.

После того как я освоил эту лечебную технологию, дела пошли на лад. К концу нашего большого привала энергосистема Элизы уже вплотную приблизилась к уровню мага четвёртого ранга.

Все эти дни похода и большого привала я продолжал тренировки с Мигелем. Испанец признал мою правоту и теперь дисциплинированно поглощал декокты, которые я готовил для него. Отрава в совокупности с сильным магическим фоном и медитации, воздействующие на энергетический каркас и энергетические каналы, делали своё дело.