Меня, между прочим, тоже никто особо не хвалил. Все просто нагло радовались, начисто забыв, что ещё вчера вечером собирались уйти отсюда с почти пустыми руками. Но я же не ною, как это мохнатое отродье. Хотя мне тоже может быть обидно. Ну да ладно, как говорится — ещё не вечер.

Глава 15

Степень риска

Однообразие убивает. Убивает сначала интерес, волю, желания, а потом убивает физически. После посёлка рудокопов последовал очередной длительный марш к следующим развалинам. Люди отряда постепенно расслабились оттого, что в отличие от привычных ранее походов, твари Провала не нападали ни на сам отряд, ни на боевые охранения. Чудовищная аура Кабыздоха отпугивала большинство мелких хищников.

Сначала это было непривычно, и бойцы отряда продолжали сохранять обычную бдительность, особенно по ночам. Но потом слишком расслабились. А Кабыздох, по сути, пока всего лишь большой щенок, который слишком молод, чтобы подчиняться строгой дисциплине. В один из дней он настолько увлёкся погоней за шустрой добычей, что убежал слишком далеко от отряда. И зона отчуждения сразу же напомнила о себе.

Когда на обеденном привале арьергард из трёх бойцов не догнал нас, никто особо не заволновался. Но когда бойцы не явились к концу привала, когда нужно было уже продолжать путь, Демид принял решение задержаться и послал пятёрку бойцов, проверить, где запропастились эти бездельники. Потребовалось совсем немного времени, чтобы обнаружить пропажу. Три трупа, точнее, их растерзанные остатки. Местные твари не прощают небрежности. После этого происшествия атмосфера в отряде начала портиться и ухудшалась с каждым днём.

Развалины, где мы остановились на очередную длительную стоянку, скорее не посёлок, а военный форпост. Судя по всему, поживиться здесь особо нечем. По крайней мере, ни я ни Кабыздох ничего особо интересного здесь не обнаружили. Поисковики отряда, конечно, перекопают каждую пядь здешней местности в поисках трофеев, но, кроме разочарования, это вряд ли что-нибудь принесёт. В основном всякая бытовая мелочёвка, ерунда, обломки старого оружия и остатки старых доспехов. Для такого большого отряда добычи явно маловато. И уж тем более это не приближает руководство отряда к их мечте о Большом Куше.

Я же использовал длительную стоянку для продолжения процесса лечения Элизы. Её организм постепенно привыкал к зелью, и процесс восстановления пошёл более интенсивно. Но легче Элизе от этого не стало, так как я увеличил дозы лекарства, и она опять на несколько дней впала в лихорадочное полубессознательное состояние, сопровождающее процесс лечения. К концу второго этапа лечения успехи были уже довольно значительными.

Колено, которое подвергалось самому интенсивному воздействию, к окончанию многодневной стоянки почти восстановилось. Когда мы снова отправимся в путь, то нога уже не будет беспокоить Элизу так сильно, как прежде. Конечно, пока она передвигалась ещё не совсем уверенно, но физиологические свойства сустава, связок и сухожилий, были уже почти в норме. Главное неудобство теперь доставляли в основном частично атрофировавшиеся мышцы, но для их восстановления достаточно теперь было немного времени и воздействия мазей и восстанавливающего декокта.

С рукой было несколько тяжелее, там требовалась гораздо более тонкая работа. Нужно было восстановить не только физическую целостность тканей, но и мелкую моторику мышц. Это было скорее утомительно, чем сложно и по моим прикидкам к концу второго этапа лечения, если бы снять повязки, то Элиза могла бы пользоваться правой рукой, хотя и с существенными ограничениями.