|
- Да, - сказал он, отвечая на немой вопрос Кото, - эта машина уже не поднимется в воздух. - А где же пилоты? - Один из них подобен этой машине, извините, другой возится с ним. - Значит... значит, посадка была неудачной? - Извините, ничего не могу добавить к сказанному. - Что же теперь делать? - растерянно спросил юноша. Муцикава пожал плечами: - Выполнять задание компании, строить ледовый аэродром. Ведь мы получаем жалованье, а время не ждет. - Получаем жалованье... - механически повторил Кото. - И нельзя терять ни минуты! Я только что определил наше местонахождение. Надо спешить. Кото не понял, почему надо спешить. - Но надо дать знать по радио, чтобы за нами послали другой самолет. - Это всегда успеется, дорогой мой. Наше радио в полном порядке, но по некоторым причинам, о которых я говорил вам перед отлетом, радиосвязью не следует злоупотреблять. Нас могут перехватить, обнаружить наше местопребывание, а нашу работу надо рассматривать, извините, как производственный секрет. Вот когда мы закончим, тогда можно будет... - Да-да, - согласился Кото. - Итак, немедленно за дело. Сейчас я вызову этого одноглазого Скопса. Что касается пьяницы Джейна, то он нам уже ничем не поможет. В течение нескольких часов три человека без устали работали, выгружая из самолета части холодильной установки, присланной из Буффало, и легкие алюминиевые трубы. Вконец измученные люди наскоро поужинали и, разморенные теплом отапливаемой кабины, улеглись спать. Раненый пилот долго стонал, мешая Кото уснуть. Наконец юноша забылся тревожным сном, полным льдов, лунного света и мчащихся черных теней. Муцикава скоро разбудил Кото. - Нам некогда спать, извините, - сказал он, бесцеремонно расталкивая юношу. Кото послушно встал. Опять работали втроем. Собрали холодильную установку, опробовали двигатель внутреннего сгорания, приводящий в движение компрессор, проверили турбодетандер, в котором происходит сжижение воздуха за счет работы, производимой предварительно сжатым и охлажденным воздухом. Все было в порядке, была даже получена первая порция жидкого воздуха. Одноглазый мрачный Скопс вылил ее себе на голую ладонь, демонстрируя, что жидкость с температурой минус 195o по Цельсию ему не страшна. Жидкий воздух и в самом деле не сжег ему руки, которая мгновенно покрылась газообразной прослойкой, плохо проводящей тепло. Теперь предстояла самая трудная задача: спуск под лед каркаса, состоявшего из металлических труб, предназначенных для циркуляции жидкого воздуха. |
