|
.. но я прошу помнить, чем угрожает вам американский суд, рассматривающий вас как преступника, совершившего диверсию и три убийства. - Чего вы хотите от меня? - Сейчас вы дадите мне согласие руководить нашим японским строительством. Вам будут предоставлены лучшие материалы, замечательные японские руки, прекрасные японские помощники. Наши разбросанные острова нуждаются в ваших туннелях. В полной тайне, сюрпризом для всего мира вы осуществите свой гениальный замысел. В ближайшие месяцы, руководя проектными работами, вы восстановите свое здоровье. Вам будет обеспечен замечательный уход... - Усуда остановился, - прекрасное общество... Умоляю вас, господин Корнев, соглашайтесь! Андрей взял со стола чертежи и тщательно свернул их в трубку. - Я знал, я знал, что вы согласитесь! Андрей усмехнулся: - Вы хотите, чтобы я строил для вас это сооружение тайно? - Какой истинный инженер, извините, может отказаться от искушения осуществить свои технические планы? - уклончиво сказал Усуда. - Господин, профессор, - жестко сказал Андрей, - вы не психиатр, вы даже не психолог! С этими словами Андрей разорвал чертежи, потом бросил клочки на стол. - Прекрасно, - спокойно сказал Усуда. - Вы упорствуете. Тогда вам придется подчиниться моему лечебному режиму. Через две недели, проведенные вами на горном воздухе, мы встретимся вновь. Андрей, твердо глядя в глаза Усуды, отрицательно покачал головой. Усуда хлопнул в ладоши. Появились секретарь и санитары с носилками. - Не надо, - махнул рукой Андрей, - я уже могу двигаться. - С тревогой и надеждой я буду ждать улучшения вашего здоровья, - поклонился Усуда, собирая со стола обрывки бумаги. Андрей Корнев в сопровождении санитаров вышел. Усуда долго сидел в задумчивости, потом приказал позвать к себе дочь. Когда он выписывал из американской больницы интересующего его безнадежного больного, он только подозревал. Но теперь... Теперь он думал прежде всего о Кими-тян... Она вошла, робкая, и прижалась к притолоке двери. Усуда поднял на нее тяжелый взгляд: - Даешь ли ты согласие выйти замуж? О'Кими покачала головой: - Нет. - Даешь ли ты согласие выйти замуж? - поднялся Усуда. - Нет. Усуда вышел из-за стола и остановился перед дочерью. - Тогда, - продолжал он, отчеканивая слова, - ты отправишься в наш горный домик и будешь жить там до тех пор, пока... - Усуда отвернулся, - пока не дашь согласие выйти замуж, - добавил он тихо. |
