|
Надо ли говорить, как важно снять с повестки дня строительство не только атомной станции в Заполярье на миллион киловатт, но и создания там заводов - потребителей такой энергии. - Строить такую станцию нет нужды, - продолжал Степан Корнев, - ибо, если готовый к старту космолет вместе с ледяным панцирем, как намечалось главным конструктором Анной Ивановной Седых, будет весить примерно десять тонн, то в другой трубе Арктического моста можно разогнать состав в сто раз более тяжелый: 20 вагонов по 50 тонн. 1000 тонн! - Так, так! - нетерпеливо торопила Аня. - Я подсчитал, что разогнать такой состав можно на длине в девять десятых Арктического моста, то есть на 3 600 километрах, с тем, чтобы он затормозился электрическим путем с рекуперацией запасенной энергии, которая разгонит космолет до космической скорости в 12 километров в секунду, или 43 тысячи километров в час. Скорость же, до которой, как электрический маховик, разгонится тяжеловесный состав, составит одну десятую такой скорости, то есть 1,2 километра в секунду, или 4300 километров в час. При средней скорости поезда-маховика в 0,6 километра в секунду его разгон будет длиться 6 тысяч секунд, с потреблением мощности в 120 тысяч киловатт, какой мы и располагаем в уже сооруженных атомных станциях по обе стороны Арктического моста. Разгон же космолета будет происходить в течение 666 секунд с ускорением, равным 1,83 земного с выделяемой в течение этих одиннадцати минут мощностью затормаживаемого состава-маховика в один миллион киловатт. Аня шумно вскочила из-за стола и, опрокинув стул, на котором сидела, при всех бросилась на шею Степану Григорьевичу, покрывая его побледневшее лицо поцелуями. - Баба и всегда есть баба! - проворчал Иван Семенович Седых, дергая себя за седой ус. - Хоть генералом ее сделай. - Прошу прощения, Анна Ивановна, - вмешался Волков. - Высказанная здесь идея Степана Григорьевича, несомненно, представляет интерес и будет, надеюсь, изучена и проверена в вашем институте и работниками Арктического моста. Андрей стоял за спиной у Ани, силясь что-то сказать Степану. Кандербль, которому было переведено все сообщенное Степаном, наклонясь к Волкову, заметил: - В туннеле придется заменить проводку, но я готов от имени концерна плавающего туннеля взять это дело на американскую сторону. С соответствующей оплатой, разумеется. - Мы обсудим с вами, мистер Кандербль, этот вопрос, - ответил по-английски Волков. - Но сейчас нам необходимо вернуться к расследованию причин аварии. - Да что значит эта "авария", Николай Николаевич, по сравнению с открывшимися перспективами! - горячо воскликнул Андрей. - Тем не менее, - строго напомнил Волков, - прошу не забывать о назначении нашей комиссии. |
