Не с кем! У нее не было родственников — ни тети, ни дяди, ни двоюродных братьев и сестер. Патриция не только лучшая подруга, она ей как сестра. А с тех пор, как в прошлом октябре умерла мать Касси, она единственная, кого можно было бы назвать близким человеком. Были, конечно, и другие друзья, но таких верных и преданных — ни одного.

— Ты, правда, думаешь, что я сужу его слишком строго?

— Я считаю, ты слишком спешишь. Другое дело, если б ты терпеть его не могла. Но жаль, что ты не видишь свое лицо, когда о нем говоришь.

Может, ты и хотела бы его ненавидеть, но ясно как день, такое тебе не по силам. Он тебе очень нравится. И совершенно ясно, что и он к тебе неравнодушен.

— Бенедикта интересует лишь его ребенок. Я просто обладательница живота, где этот младенец оказался.

— Ой, спасите меня! Тогда что, интересно, он тут делал? На тот момент он еще не знал о беременности.

Касси пожала плечами.

— Не знаю и знать не хочу.

— Рано ли, поздно ли, а узнать придется. Не похоже, что он собирается тихо удалиться. По какой-то неизвестной причине он явился, чтобы повидаться с тобой. И обнаружил другую, еще более заслуживающую внимания причину тут остаться. — Патриция дотронулась пальцем до розового нежного лепестка цветка и вздохнула. — Вот они, свидетельства его желания пойти на все уступки, лишь бы убедить тебя.

— Господи боже, это всего лишь цветы!

— Нет. Если бы так, то довольно было бы и обычного растения в горшке.

— Так что ты предлагаешь? Чтобы я пала перед ним ниц только потому, что он оплатил немыслимый счет из цветочного магазина?

— Я предлагаю тебе сделать шаг навстречу и показать свою готовность вести дискуссию и Прийти к компромиссному решению. — Патриция сняла телефонную трубку. — И предлагаю не откладывать дело в долгий ящик. Потому что, каким бы положительным он ни был, по слухам, темпераментные итальянцы не особо расположены долго терпеть. Если ты намерена водить его за нос, то слишком много на себя берешь.

Патриция помахивала телефонной трубкой перед ее лицом, словно заклинательница, укрощающая кобру.

— Я не знаю, где он живет.

— Ты знаешь номер его сотового. Он напечатан на визитке.

— Но ему может не понравиться, что его беспокоят во время деловых переговоров. Не ради же меня он приехал в город. Он сейчас работает или находится у своего друга Нунцио.

— А там есть автоответчик. Можешь оставить сообщение.

— И что сказать?

— Ну, не знаю. Что обычно говорят на автоответчик? Привет, это Кассандра. Перезвони мне, пожалуйста, когда освободишься.

Дрожащей рукой Касси набрала номер и приготовилась разговаривать с безликим автоматом.

Бенедикт взял трубку после первого гудка.

Ошарашенная как модуляциями его глубокого баритона, так и внезапно одолевшей ее немотой, Касси отдернула трубку от уха, с ужасом глядя на нее. Она так бы и бросила ее, если бы Патриция театральным шепотом не проговорила:

— Скажи что-нибудь, Касси!

— Кассандра? — Ее имя выплыло из трубки как музыка. Хитроумный напев чародея, призванный одурманивать доверчивых простаков.

— При…вет, — заметалась она, — спасибо за розы.

Они прелестны. Розовые — мои самые любимые.

— Ты позвонила лишь поэтому?

— Хм.., нет.

И снова долгая, томительная пауза.

— Тогда почему?

— Мне.., не хотелось бы объяснять по телефону. — Пытаясь обрести спокойное дыхание, Касси продолжала:

— Мне надо кое-что обсудить с тобой лично.