Все, сидя в кабинете юриста, задумались. Обучение можно было пройти в какой-нибудь специализированной школе или просто в чужом ЧОПе. Благо в эти времена все делалось легко: сто пятьдесят долларов, и ты уже дипломированный охранник. В прошлый раз сертификаты нам просто привез Шелестов, и по этому поводу мы не парились. А вот теперь запариться придется.

— Надо позвонить Сидору, — пробубнил Степаныч. — У него, вроде, свояк работает в какой-то охране, в Ростове. Может, подскажет чего.

— Хорошо. Есть еще у кого знакомые в охранках? — Спросил я.

Остальные отрицательно покачали головами.

— Ладно. Ближе всего у нас Лабинск, — задумался я. — Попробую что-нибудь выяснить про Лабинское агентство, может, получится связаться с ними.

— Да и, кстати, — Шнепперсон подался вперед в своем кресле. — Помните, я говорил вам о начальнике разрешительной системы?

— Ну?

— Денис Евгеньевич хотел бы видеть вас в пятницу, в четыре часа дня.

— Хорошо, — пожал я плечами. — Куда мне подойти?

— Сейчас его отдел временно сидит в здании юстиции. Но не беспокойтесь. Шнепперсон напишет вам адрес.

— Ты разговаривал с ним? — Спросил Женя.

— Угу-у, — наигранно кивнул юрист.

— И чего он от нас хочет?

— Узнать, не братки ли мы, — сказал я. — Я так понял, никто еще не регистрировал охранное агентство в нашем городе. Местные только начинают понимать, что так тоже можно работать. Например, братки с Черемушек. Остальные: Мясуховские, Кирпичный, Старостаничники, слабо себе представляют, что это за зверь такой — охранный бизнес. А товарищ полковник хочет прочухать, кто из братков первым додумался зарегистрировать фирму. И из братков ли вообще.

— Угу, — Степаныч кивнул. — Видать, хитрый сукин сын этот Сидоренко. Хочет сразу оценить все риски, понять, что мы вообще такое и, возможно, наладить дружбу. Ну или вражду. Тут смотря что он решит для себя более выгодным.

— Денис Евгеньевич, хоть и работает в министерстве внутренних дел, он таки настоящий деловой человек, — подтвердил Шнепперсон. — Не смотри, что советской закалки.

— Деловые люди настораживают меня больше всего, Шнепперсон, — ответил я.

Вечером того же дня, когда стало потемнее, мы с Жекой повели пятерку к его гаражу. Кооператив располагался в добром полукилометре от пятиэтажки, в которой жил Корзун.

Старые железные гаражи приземистыми домиками стояли тут в несколько длинных линий. Давно не крашенные, они покрылись ржавчиной. Голые ветви тополей тянулись к холодному ночному небу над гаражными крышами.

— Ну? И какой твой? — Спросил я Женю, кося голову так, чтобы видеть сквозь простреленное лобовое.

— Ща-ща. Найдем. Вот сука. Хоть бы один фонарь горел.

— Тут хоть кто-нибудь машину ставит? — Спросил я.

— Не знаю. Говорю ж, уже два года сюда не ходил. Машины у меня нету, и че тут делать? Мож кто, и ставит.

— Да что-то непохоже.

— А! Вон! Вон он мой! С синими воротами!

Мы завернули вправо и покатили по широкой бетонной площадке, что пролегла между гаражами. Подъехали к дальнему гаражу-домику.

Выполненные из металла, все местные гаражи были разноцветными. Возможно, когда-то, когда их только построили, выглядело это очень красочно, даже как-то по игрушечному. Но сегодня краска потускнела, и кооператив представлял из себя печальное зрелище.

Таким же печальным зрелищем был и Женин гараж: покрытого пятнами ржавчины, его с трудом можно было назвать окрашенным в синий цвет.