— Рад, что не зря кровью умывался, — улыбнулся я.

— И на этого Горелого вышли, — тоже заулыбался Вадим. — Его друган, Логопед этот, раскололся. Решил сотрудничать со следствием. Походу, много че интересного расскажет, да такого, что, видать, Горелый из зоны уже не выйдет. Если прокурор докажет, что он глава преступной группы, ему лет двадцать пять дать могут. А доказательств, насколько я знаю, там хватает. В общем, Витя, ты на весь край бучу устроил. Ну не переживай. Твои заслуги не останутся незамеченными. Тургулаев замолвил и про тебя словечко перед начальством. Да и показания, что ты дал следакам, тоже роль свою сыграют.

— Да ладно уж, — хмыкнул я. — Я старался больше ради своих. Чтобы нам тут, в городе, поспокойнее жилось и работалось.

— Не скромничай, Витя, — нахмурил брови Вадим. — Не надо. Я таких, как ты насквозь вижу.

— Не уж то? — Ухмыльнулся я.

— Ну да. Это ты только отнекиваешься, мол за выгоду себе жизнью рискуешь. Что тебе работать будет проще. Но за выгоду жизнь на кон не ставят. Начерта это делать, если помереть можешь? Как тогда выгодой этой воспользоваться? Ты просто несправедливости не терпишь. Бл#дства всего этого, что вокруг развелось. Другой жизни тебе хочется. Если и не для себя, так для других.

— Глупости, — проговорил я, понимая, что Вадим, кажется, и правда видит меня насквозь.

— Ну глупости так глупости, — улыбнулся он. — Ну че, теперь плохая новость?

— Давай теперь плохую, — кивнул я.

— Короче. Человек Коратселева, которого мы взяли, рассказал, что после того, как Руслан переметнулся к нам, Корастелев отправил их сюда во всем разобраться и сделку провести. Вот только при передаче оружия присутствовали двое из полковничьих ребят. А послал он троих. Куда делся третий, мы не знаем.

— Он мог деться куда угодно, — пожал я плечами. — Почуял, что запахло жареным и свалил.

— Но остальные-то не свалили. Одного мы взяли. Другого нашли мертвым на форштадте. В машине лежал. Как раз той, что вырвалась из оцепления. Раненный он ушел, ну и погиб. Скончался потом от своего ранения. А вот куда делся третий, хрен пойми.

— Мог сбежать из города после облавы. Скорее всего, так и поступил.

— Очень может быть, — покивал Вадим. — Ну мы о нем знаем достаточно. Объявили в федеральный розыск. Он десантник, офицер. В части служил и был у Корастелева вроде киллера, что ли. Бандитов гонял, если кто возникать начнет. А зовут его Семен Минаев.

Я нахмурил брови, расслабленный до этого, выпрямился на стуле.

— Витя, ты чего? — Удивился Вадим. — Подскочил так, словно призрака увидел.

— Может быть, и увидел, — сказал я.

— Че? В смысле?

Глава 26

— Потому что ко мне приходил этот Минаев дня три назад. — Сказал я.

— Серьезно? — Нахмурил брови Вадим.

Потом разведчик полез в карман пиджака, вынул сложенную в несколько раз бумажку. Показал мне ориентировку с черно-белой плохой фотографией.

— Вот этот? Он приходил?

Я принял ориентировку, всмотрелся. Лицо было сложновато различить, однако, фактурная, бывалая внешность этого Минаева хорошо отпечаталась у меня в памяти. Не было сомнение — это именно он.

— Да, — сказал я. — Он хотел нанять меня, чтобы охранять какой-то там ресторан в Новокубанске. Пытался уговорить поехать с ним.

— Вранье, — покачал головой Вадим.

— Я знаю. Выходит, он хотел как-то выманить меня. Но зачем? Что ему от меня нужно? Да и как он вышел на меня? Мы с ним не знакомы, и никогда друг друга даже в глаза не видели.