— Все-таки удобнее, чем на полу?

— Вот, пожалуйста, — сказала Марабель, внося сумку, предназначенную для носки младенцев. Она поставила ее возле Элли, удовлетворенно кивнула и вышла.

— Какие у тебя планы на сегодня? — спросил Люк после того, как ребенка уложили в сумку.

— Хочешь, чтобы я что-то сделала? — Ей очень хотелось оказаться полезной.

— Нет. Вчера Хедли перевез твои вещи, но я забыл про машину. Если хочешь, он ее сегодня пригонит.

— У меня нет машины, — сказала она, намазывая тост джемом.

— Нет машины?

— Нет. У нас с Вилом была, но она разбилась. Я не стала тратить страховочные деньги на новую и ездила на автобусе. Мне нужны были деньги, чтобы подольше не работать после родов.

— Машину ты получишь, а пока, если надумаешь куда-то ехать, скажи Хедли, и он отвезет.

— Мне не нужна машина. Ради Бога, Люк, я здесь только… — она запнулась, поняв, что не следует упоминать о смерти деда, — только временно.

— Я куплю тебе машину, а когда будешь уходить, возьмешь ее с собой.

Она опустила ложку и сердито повернулась к нему:

— Люк, ты не должен покупать мне машину! Он пожал плечами.

— Почему? Ты моя жена.

В этот момент заявилась Марабель, и Линдси сдержала раздражение. Не все покупается за деньги. Не нужна ей его машина! Плохо уже то, что она у него на содержании.

— Яйца и сосиски, — провозгласила Марабель и поставила перед Линдси тарелку. — Чай горячий. Люк, передайте ей молоко. Еще чего-нибудь нужно?

Линдси помотала головой. Ей не терпелось, чтобы Марабель поскорее ушла и она могла бы ответить на последнее замечание Люка.

— Это временный брак, — прошептала она, когда за экономкой закрылась дверь. — Я обращусь к Хедли, когда он будет свободен. А возить он должен тебя.

— Хедли не мой шофер, а Джонатана. Хедли сейчас нечего делать. Если захочешь куда-то поехать, он будет под рукой. Это даст ему возможность как-то оправдать свое жалованье.

— Доброе утро, Люк — Кэтрин Винтерс в атласном халате вплыла в столовую. Она остановилась возле пустого стула и посмотрела на стоявшую посреди стола детскую сумку, в которой лежала Элли.

Встретившись взглядом с Линдси, она вежливо улыбнулась.

— У вас очень красивый ребенок, — натянуто сказала она.

— Благодарю вас. Ее зовут Элли, — откликнулась Линдси.

Кэтрин хотела сказать что-то еще, но только кивнула по-королевски и подождала, когда Люк придвинет ей стул.

— Люк, мне сегодня нужно послать Хедли с поручением. Скажи ему, пожалуйста.

— Если только он не нужен Линдси, — сказал Люк, сел во главе стола и развернул газету.

— Конечно, твоя жена во всем должна быть первой, — съязвила Кэтрин.

— Мама! — Тон Люка предупреждал об ужасающих последствиях, которые ждут Кэтрин, если она будет продолжать в таком же духе.

Мгновенно приняв решение, Линдси одарила улыбкой Кэтрин и Люка.

— Вообще-то Хедли с утра мне будет нужен. Мы вернемся после ланча, когда Элли пора будет спать, и днем он — к вашим услугам. — Она твердо выдержала взгляд Кэтрин. Если Люк хочет установить в доме свою иерархию, то она не станет лишать его этого удовольствия. Напрасно Кэтрин ее раздражает. Пускай теперь ждет.

Кэтрин поджала губы, но кивнула.

— Прекрасно.

Линдси поспешила покинуть столовую, сказав, что ей нужно переодеть ребенка, и хмуро прошагала в детскую.