– Очень вовремя, – фыркнул мальчишка и задрал голову, чтобы поглядеть на белку, но её и след простыл. Видно, где-то было беличье дупло.

Чэнь Ло между тем носком сапога подрыл сосновую хвою, усыпавшую землю под деревьями, и предложил:

– Можно грибов набрать.

– Чтобы лишить белку запасов на зиму в отместку за шишку на голове? – уточнил Сяоцинь, присаживаясь на корточки и разглядывая найденную Чэнь Ло россыпь грибов.

– Грибы можно на костре пожарить и съесть.

– А ты уверен, что эти грибы съедобны? – спросил Сяоцинь.

– Все грибы можно съесть, – важно ответил Чэнь Ло, а когда мальчишка потрясённо на него уставился, собираясь развенчать это заблуждение какой-нибудь меткой фразой, добавил: – Но некоторые только один раз.

– Ты… – задохнулся Сяоцинь.

– Эти съедобные. Я уже такие видел.

– Где? – с подозрением спросил мальчишка, ожидая какого-нибудь подвоха в ответе.

Но Чэнь Ло сказал, что повар поместья Чэнь часто покупал грибы, которые выглядели точно так же, как эти, и они были довольно вкусны.

– Ты уверен? – ещё подозрительнее уточнил Сяоцинь.

– А что?

– А то, что такие грибы аптекарь Сян высушивал и размалывал, чтобы травить крыс в доме.

Чэнь Ло выронил уже сорванный гриб и поспешно вытер руки об одежду. Сяоцинь зарыл грибы обратно в хвою:

– Были бы они съедобные, белки бы давно уже разрыли их и утащили в свои кладовые. А эти даже жуками не изъеденные. В лесу ничего нельзя принимать на веру. Если чего-то не знаешь, лучше не трогать и уж точно не пытаться съесть. Грибы, аптекарь Сян говорил, коварнее ядовитых змей. Некоторые специально съедобными прикидываются.

– Да понял я, понял, обойдёмся без грибов на ужин, – отмахнулся Чэнь Ло.

– Ягоды тоже лучше не трогать, – предупредил Сяоцинь, которому, видно, хотелось щегольнуть перед Чэнь Ло своими аптекарскими знаниями.

– А шишки? – в шутку спросил Чэнь Ло, подобрав одну рассохшуюся шишку и подкидывая её на ладони.

– Да кто в своём уме станет шишки есть? – поразился Сяоцинь.

– Аптекарь и не знаешь? – поддел его Чэнь Ло.

– Не знаю чего? – нахмурился мальчишка.

– Шишки… не такие, конечно, а молодые, те, что ещё зелёные и не затвердели… жуют, чтобы перебить запах изо рта или когда горло застудишь, – с важным видом объяснил Чэнь Ло.

– Пф, конечно, я это знал, – небрежно сказал Сяоцинь, – просто забыл. И вообще это не считается.

– Почему это не считается?

– Потому что речь идёт не о еде, а о лекарственном эффекте.

– Как скажешь, – поднял руки Чэнь Ло. – А чай считается?

– Из шишек? – сомнительно вопросил Сяоцинь.

– Уж в чаях-то этот молодой господин разбирается, – приосанился Чэнь Ло. – Семья Чэнь испокон веков торгует чаями. Сосновый чай хорошо освежает.

– Даже не хочу представлять, каков он на вкус, – покривился мальчишка.

– Если подсластить, очень даже ничего, – возразил Чэнь Ло. – В столице такие чаи очень популярны, отец рассказывал… Когда дойдём до Чанъаня, нужно непременно попробовать.

– Дойди сначала, – хмыкнул Сяоцинь, демонстративно разворачивая перед ним карту.

Чэнь Ло сделал вид, что внимательно смотрит, но обронил:

– Сначала нужно дойти хотя бы до Фэнцзина. Или хочешь заночевать в лесу?

Сяоцинь сейчас же припомнил слова Чэнь Ло о прыгающих по верхушкам деревьев чертях, свернул карту и поспешил вперёд так, словно его упомянутые черти хлыстиком по пяткам подстёгивали. Чэнь Ло усмехнулся и пошёл следом.