Парнишка усмирил горные ветра и подогнал шар к швартовочной площадке.

— Жди до одиннадцати. Если не вернусь — ты свободен, — сказала ему пассажирка и протянула серебряную монету.

— Здесь полная оплата в оба конца, моя госпожа, — осмелевший паренек взял деньги и хитро сощурился, — а ну как не дождусь?

— Ты славный малый! — сказала Асиана и набросила на шар тонкую сеть повиновения. — Не оставишь ночью в горах бедную женщину. Жди, — повторила она и, не оборачиваясь, пошла к башне, над крышей которой трепетал маленький флажок с изображением королевского глаза.

— Да не такую уж и бедную, — пробормотал озадаченный паренек, глядя вслед странной тетке. Такие обычно летать побаивались, и на звездное небо вместе с чудаковатым Звездочетом им было глубоко начхать. Уж он-то в пассажирах разбирался. Как-никак второй год на смотровой отцу помогал.

Башня была сложена из ноздреватого местного камня с вкраплением ракушек. Из щелей кое-где торчали пучки жесткой травы. Асиана остановилась в семи шагах от массивной входной двери с медной ручкой и маленьким колокольчиком, над которым была прибита помятая жестяная звезда.

Семь шагов — семь ступеней мастерства, от послушницы до волшебницы… Хватит ли этого, чтобы говорить с мудрецом на равных?

Шаг — она сделала глубокий вдох, и разгорелся на груди зеленый камень турмалин. Купленный накануне в обычной ювелирной лавке он обрел силу кланового амулета. Еще шаг, и воздух уплотнился, подернулся черненым серебром и вновь просветлел, окутав ее невидимым щитом. Встала перед глазами каменная мозаика, превратив сердце в камень. И алмазные лезвия шевельнулись и спрятались в подушечках пальцев, словно когти дикой кошки.

Предпоследний шаг был отведен главной теме разговора. Асиана не стала формулировать витиеватую речевую стратегию, которая была призвана сработать, даже если из трупа волшебницы слепят мертвяка. «Мудрость против хитрости? Что ж, посмотрим»… — прошептала она, поднялась на крыльцо и развеяла вуаль морока одновременно с ударом в колокольчик. Партия началась — маски сброшены.

Дверь отворил благообразный седой старичок в теплом стеганом халате, расшитом остророгими месяцами.

— Ах, какая редкая гостья! — радушно воскликнул он и учтиво поклонился. — Магам королевских кланов и так есть, что изучать. У них всегда полно дел, они редко смотрят на звезды и избегают встреч с мудрецами. Я искренне рад, светлая госпожа, что тебе чужды общие предрассудки.

— Здравствуй, Звездочет, — сказала Асиана и оценивающе посмотрела на бойкого старичка.

— Ах да, халат, — пробормотал тот. — Не слишком-то вежливо, правда? Но в горах по ночам так холодно. М-да… Что же это мы стоим на пороге?!

Он впустил гостью и закрыл дверь на тяжелый засов. Изнутри башня звездочета чем-то напоминала княжеские замки нежити. Полумрак, тяжелые каменные своды, а посредине — узкая шахта для крылатых тварей. Здесь вместо шахты уходила вверх кованная винтовая лестница, на стенах горели бездымные факелы, с низкого потолка свисали железные звезды и лунные шары — желтые с одной стороны и дымчато-черные с другой. На высоких подставках-пюпитрах лежали книги с изображением ночного неба и разные диковины вроде бронзовых подзорных труб, угломерных приборов, дрожащих водяных линз и оплавленных небесных камней.

Справа от входа висел прямоугольный ящик, на котором было выведено «Пожертвования на изучение небесных сфер».