|
— Какая разница, если сейчас его там все равно нет? И гасконец поклялся себе следить за каждым словечком, чтобы ненароком не выболтать лишнее, — любое неосмотрительное упоминание места, маршрута и намерений могло дать этому подлецу след… — А где сейчас она? — Понятия не имею. — Д'Артаньян, не шутите со мной! В вашем положении это смертельно опасно… Вы правы, давайте говорить без обиняков. Я хочу, чтобы вы помогли мне её захватить. Вам она доверяет, и этим стоит воспользоваться. — Честное слово, Винтер, вы с ума сошли, — ответил д'Артаньян скорее устало, чем сердито. — Есть предложения, которых дворянину не делают, — есть, черт возьми! Вы мне предлагаете предать женщину, которую я люблю… — Какие нежности! Вздор, д'Артаньян, вздор! Вы слишком молоды и оттого склонны давать высокие эпитеты очередной постельной победе. В вашей жизни, если не поведете себя дураком, ещё будет столько женщин, что вы и представить не можете… И потом, не забывайте, речь идет о вашей голове. Чтобы выйти отсюда живым и невредимым, вам придется заплатить выкуп. Он вам теперь известен. Других вариантов попросту нет. Или вы будете жить, или она. И еще… B{ хоть представляете, насколько велико наследство? Я имею в виду не землю, дома и прочую недвижимость, а деньги. Аккуратные-золотые кружочки. Приблизительно… если перевести в пистоли… Около полутора миллионов пистолей, д'Артаньян! Полтора. Миллиона. Пистолей. Не ливров — пистолей! Я готов заплатить вам… скажем, пятьдесят тысяч. Полмиллиона ливров. Вам мало? Извольте. Сто тысяч. Сто тысяч пистолей, слышите, вы, гасконский нищеброд? Вы хоть соображаете, каких высот достигнете с такими деньгами во Франции? Станете на равной ноге с вельможами, купите себе полк, провинцию, титул… — А не обманете? — криво усмехнулся д'Артаньян. — Вам придется верить мне на слово, потому что у вас нет выбора, — серьезно ответил Винтер. — Я не намерен вас обманывать, прежде всего оттого, что вы можете мне ещё когда-нибудь понадобиться. А что сможет связать нас крепче, чем участие в подобном… предприятии? Как видите, я предельно откровенен. Именно так и приобретают себе верных друзей — делая их соучастниками… Ну? — Нет. — Сто пятьдесят тысяч, д'Артаньян! Да за такие деньги вы купите весь ваш Беарн и станете чем-то вроде некоронованного короля! А если вас не устраивает эта бедная горная страна, можете приобрести себе поместье в Англии, да и титул заодно — в царствование Малютки Карла это просто… Решайтесь же! Больше я не могу вам дать, решительно не могу, хватит с вас и десятой части… — Пожалуй, вы меня и в самом деле не намерены обманывать, — медленно произнес д'Артаньян. — Реши вы не платить, набавляли бы и набавляли мою долю, вплоть до половины… — Черт возьми, я же говорю, что намерен поступить с вами по совести! — А с ней? — Послушайте, д'Артаньян, я же не чудовище… Никто не собирается её убивать, достаточно будет, если она по всей форме подпишет отказ от… Д'Артаньян усмехнулся: — И вы хотите меня уверить, что человек, не пожалевший родного брата, пощадит чужую ему женщину? И её ребенка, пусть даже это ваш племянник? Без тени смущения Винтер сказал: — Ну и что? Какая вам разница? Здесь нет места оговоркам, уточнениям и прочим юридическим хитростям. |
