Вот она, Диляра.

Круглое лицо. Белая кожа с ярким румянцем. Черные в ниточку брови. Черные волосы на пробор. Мелкая сошка, рядовая сотрудница медкабинета. В дверь комнаты постучали.

– Чаю вам подлить? – поинтересовалась Валентина.

Я передвинула курсор вниз экрана. И тут высветился адрес Диляры. Угол Садового и Цветного.

Быстро закрыла файл.

– Горяченького. – Глаза Валентины шарили по мне, по бабушке и по комнате. Она страшно меня достала.

– Спасибо, не надо. А вы на парад разве не идете? – Я старалась быть любезной в надежде, что Валентина уловит истинный смысл вопроса: когда вы уже отсюда уйдете?!

– Так отменили ж парад, раз уровень оранжевый. Из-за придурка Марка этого дебильного всем праздник испортили.

Ее блестящие глаза изучали меня. Проверяли реакцию. Я сделала морду кирпичом:

– Вы что же, недовольны четкими и быстрыми действиями правительства? – и уставилась на нее в ответ взглядом государственного обвинителя.

Валентина, разумеется, напряглась. Такие бабы больше всего боятся вляпаться. Не куда-то конкретно, а в целом – вляпаться. Не то сказать, не с теми захороводиться, не туда прийти. Так мы и играли с ней в гляделки. Валентина первой отвела взгляд:

– Ой, ну не отменили, конечно. Я неточно выразилась. Парад онлайн проходит. Там у вашей бабушки есть ссылка с приглашением. Если хотите присоединиться.

– Конечно, хочу. А вы? Разве не хотите?

– Да. Я присоединюсь. По телефону. – Глаза забегали.

– Это очень верное решение, Валентина, – строго подчеркнула я.

Она закрыла за собой дверь.

– Ну и сука, – одними губами прошептала я.

– Даже не начинай, – загудела бабушка.

Я жестом остановила ее. Показала на дверь. Чувствовала: она не ушла, эта Валентина. Замерла за дверью. Вероятно, приложила ухо. Я почти ощущала ее нетерпеливое тепло. Почему-то такого типа люди обладают повышенной температурой тела. Если сесть с ними рядом, их ляжка вашу прямо обожжет. Такой вот ненаучный факт. Но факт!

Опять открыла лэптоп.

Нашла бабушкино приглашение на парад. Нажала на ссылку, сделала погромче. Комнату наполнили всем с детства знакомые звуки «Оды» Ольги Елениной. А вместе с ними – и весь ряд образов, связанный с этой музыкой так же плотно, как цикорий с корицей или гром с молнией: солнечная Москва, толпы улыбающихся людей, шествие детей, которым ласково машет премьер-министр, баннеры и вымпелы, воздушные шары, банты – все в цветах национального флага, синее, белое и красное. Мне и смотреть не надо было на экран. «Оду» всегда играли в день празднования Большого Поворота. Наслаждайся, Валентина.

Парад отменили. Все сидят по домам. И радуются онлайн. Это мой шанс – добраться до кроличьего приюта, до Диляры, связать вместе все оборванные нити. Я совсем близко. Но чем ближе к разгадке, тем дальше от Томми. От этой мысли мне стало очень больно… Так больно, что я на секунду прикрыла глаза.

– Тебе надо отдохнуть, – сказала бабушка. – Ты выглядишь совсем больной.

Экран взорвался, как фейерверком, аплодисментами. Ода закончилась.

– Я здорова, бабуля. И мне надо идти. Вот сделаю еще два дела – и отдохну. В отпуск уеду.

– Что?! Куда ты опять собралась? Не валяй дурака, Ариадна. Это все из-за того рокового учителя, что ли?

– Нет, бабуля. Не из-за учителя. Из-за кролика. Он пропал, понимаешь? Думаю, он мертв. Я должна узнать правду.