Он сознавал, что должен отпустить ее. Забыть, что сам начал это, и уйти отсюда, повинуясь здравому смыслу. Вот только как бы не свихнуться, если он не заполучит Джози. Будто какая-то язва разъедала его изнутри. Боль была слишком сильная, обжигающая, отравляя ему каждую минуту, когда она была рядом. Он должен заполучить ее.

– Давай поужинаем вместе сегодня вечером. А потом проведем ночь.

– Что? – Она перестала выдергивать руку из его руки и ошарашенно посмотрела на него.

Это вовсе не было мило. Ни очаровательно, ни изящно или поэтично.

Это была истина, открыто брошенная ей в лицо.

Он не желал ни малейшего недопонимания. Здесь был секс, и ничего больше. Речь шла о том, чтобы трахнуть ее на стороне, а потом он сможет вернуться к более важным вещам, вроде своих пациентов.

Джози понимала, что она должна себя чувствовать в высшей степени оскорбленный. Хьюстон стоял перед ней, спокойный, насколько это возможно, предлагая ей ужин, а затем быстрый нырок под простыни. Она была слишком смущена и растеряна, чтобы решить, как ей поступить. До сих пор у нее еще не было опыта с мужчинами, предлагающими столь лихое времяпрепровождение.

Похоже, она была права насчет того, особенного взгляда. Но этот взгляд не получил достойного обрамления или продолжения. Она все еще была уверена, что не слишком нравилась ему, и даже, возможно, его влечение к ней раздражало его самого.

Всего этого было более чем достаточно, чтобы схватить в охапку свое достоинство и быстренько бежать прочь.

Однако она все еще была в комнатушке. Молча и серьезно рассматривая его предложение. Много ли в ее жизни будет оказий, когда роскошный черноволосый хирург будет предлагать ей переспать с ним? Она готова была держать пари, что такое случается раз в жизни.

Она пристально разглядывала его лицо, пытаясь найти признаки нечестности или обмана. А вдруг это просто тест на этичность? «Босс-хирург предлагает провести бурную, полную секса ночь. Пойдешь ли ты на это?»

– А ты не слишком-то выбираешь слова.

– Я хочу тебя. Ты – меня. Не вижу причины, чтобы откладывать это. – Он запустил всю пятерню в волосы. – Ситуация между нами в больнице становится чертовски неловкой, тебе не кажется?

– Мы переспим, и все тут же наладится, так, что ли? – спросила она изумленно, представив себе, как она тихонько проскользнет в больницу после ночи плотских утех с Хьюстоном Хейзом. Если уже сейчас она психует, то тогда-то наверняка окончательно выпадет в осадок.

Он улыбнулся. О нет. Он никогда прежде не улыбался ей. Чуть тронувшая уголки рта улыбка оказалась очень сексуальной и прижала ее к бельевому шкафу. Не будь она в этот раз осторожной, все ящики с грохотом полетели бы на пол. Она опять безуспешно дернула руку. Он крепко держал ее.

– Сексуальная напряженность уйдет. Вечером мы отправляемся развлекаться, ублажаем друг друга ночь напролет, кайфуем вместе, затем идем по домам, и все возвращается на свои места и приходит в норму.

Рационализм в его наихудшем проявлении.

Он потер большим пальцем ее запястье, она с трудом сглотнула. Тот его поцелуй лишил ее последних остатков здравого смысла, а искусный горячий язык смел всю ее сдержанность, заставил почувствовать себя сексуальной и желанной.

Джози ощущала ошеломляющую потребность сдаться, принять то, что он предлагал, и провести ночь прелестного, не слишком добродетельного веселья. Но на кону стояли ее работа, ее карьера. Ее мозг все понимал, а вот тело отказывалось соглашаться с ним.

– Я вовсе не уверена, что это избавит нас от неловкости в отношениях.

– Хуже, чем сейчас, уже и быть не может. – Очко в его пользу.