– Откуда ты знаешь, что одной ночи будет достаточно, чтобы покончить со всем этим? – прошептала она, когда он оторвался от ее губ.

Он безразлично пожал плечами:

– Я никогда не хочу больше одной ночи.

Казалось бы, она должна быть испугана, раздражена этим легкомысленным, как бы невзначай брошенным замечанием. Но она почувствовала себя заинтригованной. Это замечание оказалось решающим фактором, перед тем как она ощутила, что его восставший член уперся в ее ляжку.

Любопытство открыло зеленый свет ее решимости доказать, что надменный и самоуверенный Хьюстон Хейз ошибается.

С ней одной ночи будет мало. Он захочет еще и еще.

Не один он был такой, жаждавший добиться у нее успеха, в особенности когда обстоятельства были против нее. Только Джози обычно тоже добивалась своего, и не важно, как много или как долго ей приходилось для этого трудиться.

Глава 3

Боб Эндрюс и Дэйв Яблонски болтали в холле, когда вдруг появилась Джози. Запыхавшаяся, еще более растрепанная и взбудораженная, чем обычно, она безуспешно пыталась поправить прическу. Сразу за ней вышел Хьюстон. Ее лицо тотчас залила краска. Она вдруг сообразила, что не существовало объяснимой причины тому, что врач-ординатор и ее босс вместе выходят из темной закрытой кладовки.

Оба доктора взглянули на нее, в ответ она одарила их ослепительной улыбкой в надежде, что никто ничего не заподозрит.

Дэйв улыбнулся ей:

– Слушай, Джози, мы тут через часок собираемся в «Кокосовый орех» пропустить по рюмке. Давай с нами, идет? – В последний момент он сообразил, что за ней стоял кто-то еще. – Ага, и вы тоже, доктор Хейз. Чем больше компания, тем веселее.

Джози обратила внимание, что все сотрудники обращались друг к другу по имени, за исключением доктора Хейза. Она догадалась: он не желал, чтобы кто-либо знал, что у него тоже есть имя. Даже на карточке, висевшей у него на поясе, значилось просто – «Доктор Хейз». Она знала это. Специально подсмотрела.

А его имя очень подходило ему. Такое необычное, обязывающее. Эротичное. А может, у нее снова взыграли гормоны? Однако она подозревала, что он специально напускал на себя излишнюю официальность, чтобы поддерживать дистанцию между собой и коллегами, включая и ее, еще четверть часа назад. Теперь же он стремился свести дистанцию между ними к нулю, оставив выбор одежды на ее усмотрение.

Это навело ее на другую трудноперевариваемую мысль: А сможет ли она раздеться догола перед мужчиной, который, как ни посмотри, должен существовать лишь в ее воспаленных фантазиях? «Забудь о сексе». Стоит ему взглянуть на нее, и он тут же примется сочинять статью для женского журнала о чрезмерном наличии жиров в американской диете.

– Нет, спасибо. Сегодняшняя гроза вызвала изрядное волнение на море, так что я, пожалуй, пойду попрактикуюсь в серфинге, – заявил Хьюстон.

Она резко повернулась в изумлении. Серфинг? Хьюстон занимался серфингом? Надо ли говорить, что она впервые услышала от него столь пространное заявление о собственной персоне.

Он был постоянно погружен в работу, доводя до совершенства свое мастерство хирурга. У него не оставалось времени на пустую болтовню. Даже его поцелуи не работали вхолостую. Они были умелыми и целенаправленными. Совершенными.

– Ода, – подхватил Боб. – Волны сегодня метра в полтора. Получите полный кайф.

– Ладно, а как насчет тебя, Джози? – продолжил Дэйв, – Ведь ты же не фанатка серфинга, верно?

Похоже, никто не заметил напряженности между ней и Хьюстоном. Почувствовав облегчение, она рассмеялась. Самым спортивным занятием у нее были прыжки на месте, когда она забывала свои резиновые шлепки, а песок на пляже обжигал чувствительную кожу на стопах ног.