Приятели дали ему прозвище Астролог, за его любовь к ночным прогулкам, а еще за необычный дар угадывать. Для него словно не существовало вопросов без ответа, но это было не знание, а способность мгновенно найти ответ. Вначале его занимал успех в глазах окружающих, но когда он заметил страх и зависть, то навсегда отказался делать предсказания. Однако друзья не отвернулись от него и по старой привычке собирались в мансарде, признавая его первенство.

У Астролога была девушка, которую считали его невестой, хотя их отношения оставались для всех загадкой. Он познакомился с ней на набережной во время одного из своих ночных блужданий. Звали ее Элли. Она тоже училась в университете и не уступала Астрологу в романтической склонности к ночным часам. Родителей своих она не знала. Тяжелая болезнь опустила завесу на ее прошлое. В сознательную жизнь Элли пришла, будучи совсем уже взрослой и находясь на попечении одной из больниц. Однако пробудившаяся энергия ее ума помогла ей самостоятельно найти дорогу, и она выдержала университетские экзамены. Характер у нее был замкнутый и застенчивый. Без сомнения, Элли обладала привлекательной внешностью, но красота ее была очень уж печальной, и темные глаза, казалось, впитали всю грусть осенних дождей.

Астролог стал единственным близким ей человеком, но в то же время между ними существовала какая-то непонятная стена. Подобно ночным птицам, они могли встречаться только после заката, и если им доводилось столкнуться днем, они спешили прочь друг от друга…

Как-то после Рождества вся компания сидела у Астролога. Пышность зимних балов миновала, наступили будни, и уныние постепенно завладело молодыми людьми. Привыкнув к веселью и блеску праздников, еще полные сил и взбудораженных чувств, они с трудом возвращались к обычной жизни, где было далеко до Весны, а Зима уже отдала свои самые прекрасные дни.

— Стоит ли грустить? — заметил хозяин, оценив общее настроение. — Нам никто не мешает выдумать свой праздник, раз Фортуна не хочет позаботиться о нас.

Идея пришлась по вкусу, подстегнув воображение, и друзья решили устроить маскарад и встретиться за городом в одном из старинных домов, покинутых на зиму владельцами. Предлог для праздника опять придумал Астролог.

— Мы будем у моря и, нарядившись пиратами, отметим триста лет со дня рождения капитана Кидда.

На этот раз единодушие распалось, Элли нарушила свое обычное молчание:

— К чему тревожить память кровавого злодея? — воскликнула она. — Придумайте что-нибудь другое.

Девушки поддержали ее, но молодые люди, усмотрев в этом вызов, остались на стороне своего предводителя. Вечер закончился ссорой. Слабая половина компании покинула мансарду, а юноши договорились осуществить праздник в своем обществе. Накануне назначенного дня Астролог получил записку от Элли, где она умоляла его хотя бы перенести праздник, если он не может отказаться от него.

— Это уже не в моей власти, — ответил он, боясь поддаться каким-то недобрым предчувствиям, мелькнувшим в его душе.

Наступила суббота, и студенты, нагруженные припасами, отправились за город. Дом стоял на опушке леса у самого залива. Хозяева стремились придать ему сходство с замком, и у каждого угла здания возвышались башенки. Окна готической формы были украшены витражами. Стены просторной гостиной с великолепным камином были обиты темносиним штофом. Длинный дубовый стол был как будто предназначен для пиршества. Над входом висели старинные часы, и на бронзовом маятнике улыбалось лицо фавна. Приятели разбрелись по комнатам, разглядывая обстановку. Астролог взялся растапливать камин, в котором, к своему удивлению, обнаружил готовые дрова. Уже совсем стемнело, когда вся компания, переодевшись, собралась за столом.