— Ты же сильный, — процедил Игорь. — Карате знаешь. Что же орешь? Или только мальчишек чужими руками вешать умеешь? Гнида! — Он бросился к Кардиналу, который встретил его сильным ударом. И, повернувшись, ударил падающего Семенова ногой в голову. Подскочив, хотел пнуть.

В комнату стремительно ворвался Турок и в длинном прыжке ударом автомата сбил Кардинала с ног. Подскочив, взмахнул «калашниковым».

— Стой! — услышал он голос вошедшего человека со шрамом.

— Кончать его надо. — Турок удивленно взглянул на него. — Ты, Шрам, чего…

— Ты его сына не видел, — бросил тот. — Повесили мальчишку. Так что пусть сам это сделает.

— Сможет? — спросил, входя, плотный. Турок, присев, приложил пальцы к сонной артерии Кардинала. Встал.

— Ты, Кубик, — взглянул он на плотного, — остаешься. Мы уходим. — Он шагнул к двери.

Шрам последовал за ним. Кубик, вздохнув, подошел к Семенову.

— Встань, папаша, — попросил он. — Такое веселье из-за тебя пропускаю.

Остановившись у входа в спортзал, Ангелина кивнула двум парням, которые туг же открыли дверь.

— Хозяйка, — весело приветствовал ее лежавший на топчане Федор, — как я рад тебя видеть живой и невредимой. Как насчет поцелуя? Нет желания?

Вздохнув, поднялся. Парни и Геннадий с оружием в руках встали перед Ангелиной. Она вдруг сильно толкнула Геннадия в спину. Реакция Федора была мгновенной. Он прыгнул вперед и сильно ударил падающего Геннадия коленом в подбородок. Схватил пистолет. Парни вскинули свои.

— Не стрелять, — весело бросила Ангелина. — Он не заряжен, — спокойно добавила она. — А он твой. Запирайте. Уходя, они услышали рык Федора:

— Наконец-то!

— Не мешайте ему, — улыбнулась Ангелина и неторопливо пошла к выходу.

Поднявшись вверх, приоткрыла дверь небольшой комнаты.

— Ну? — улыбнулась она. — Как зрелище?

— Он его убивает медленно и с наслаждением, — ответил сидевший у видеомонитора мужчина.

— Снимай все подробности, — предупредила она.

— Двадцать восемь, — прошептал Итальянец. — Четыре женщины, остальные мужчины. Из всех двадцати четырех мужчин охраны — двенадцать. Плюс минус четыре. Я определял по внешним признакам.

— Запомните все, — приказал Владимир Иванович, — наверху желательно работать без выстрелов — раннее вмешательство милиции все испортит. К тому же я не желаю, чтобы вы ссорились с законом. При команде «Отход» уходят все.

— Он резко махнул рукой.

Пригнувшись, темные фигуры стремительно побежали к высокому кирпичному забору.

— Крепкий ты мужик, — одобрительно заметил сидевший с банкой «Баварии» Кубик.

Семенов, сплюнув кровь, сел. Мотая головой, дотронулся до припухшей слева челюсти и вскрикнул.

— Похоже, сломана, — спокойно проговорил Кубик. — Давай кончай с ним, и уходим. Мне…

— Иди. — Кивнув, Игорь застонал от боли в скуле. — Я все сам сделаю.

— Ну уж нет, давай сразу. Меня для страховки оставили.

— Уходи. — Подойдя к лежавшему без сознания Кардиналу, Семенов завернул ему руки за спину и его же брючным ремнем накрепко связал кисти. Затем вытащил свой ремень и то же проделал с ногами. — Я с ним сам разберусь. Ты мне мешаешь.