– И все-таки один человек туда прошел, – настаивал Демид. – Месяц назад. Он не заходил к тебе?

    – Нет. Никто не шел. – В глазах Кайши появился страх. – Зачем так говоришь? Никто туда не ходит.

    – Врешь! – Демид перевесился через стол и схватил старика за грудки. – Ты охотник, Кайша? Я – тоже охотник! И не люблю, когда от меня скрывают мою добычу! Говори, или я из тебя дух вышибу!

    – Не бей! – забормотал старик. – Не бей, парень! Я все скажу. Я тебе правда говорил, что не человек! Это не человек был!

    – А кто же?

    – Шайтан... Сам шайтан! – Лицо охотника скривилось от ужаса. – Он не велел мне говорить!

    – Ты уже сказал! Как он выглядел?

    – Как мертвяк. Он как мертвяк был...

    – Как труп?

    – Да! Он замерз совсем. Как лед. На нем одежда был совсем мало. Как летом. Штаны и рубашка. И туфли. Шапка – нет! Варежка – нет! Шуба – нет! А он смеялся. Много смеялся...

    – Да, далеко наш Владик забрался, – сказал Демид. – Он сказал тебе, как его зовут?

    – Нет. Он совсем недолго был. Он не хотел отмерзнуть. Он, когда у печки сел, портиться начал.

    – Как?

    – Ну, как мясо морозят? В снег кладешь, чтоб не портилось. А как отмерзать начнет, кушать надо. А то спортится. Он у печки сел, со мной говорил. Из него вода пошла. А потом рука отпала. Совсем.

    – Рука отвалилась?

    – Да. Вот тута. – Кайша показал на кисть. – На пол рука упала. Он смеялся только. Скоро, говорил, весь развалюсь. Ноги только не потерять. Идти надо. Говорю тебе, это мертвяк был.

    – Да, веселенькие дела. – Демид сделал большой глоток красного чая и закашлялся. – Ван, давай спать ложиться. Нам отдохнуть надо. И согреться. А то, пока дойдем, сами в мертвяков превратимся...

    – Парень! – В глазах Кайши неожиданно появилось нечто, напоминающее сочувствие. – Через перевал пойдешь, узел на веревке завяжи. Бурхану.

    – Кто такой Бурхан?

    – Бурхан, он там... – Охотник показал пальцем вверх. – Завяжи, а то не пропустит.

    * * *

    За пять дней, что последовали за этим, граница между жизнью и смертью и вправду перестала существовать для Вана. Демиду было легче. Наверное, если бы он заледенел и превратился в живой труп, наподобие Влада, он все равно так же упорно прокладывал бы лыжню к своей цели. Тай Ди Сянь, который сидел в нем, справился бы и с мертвым телом. Но Демид вовсе не собирался умирать. Он действовал как существо, полностью покорившееся Духу Мятежному, но Ван чувствовал, что где-то в глубине души Демид сохранил каплю человеческого. Он все еще любил свое тело и собирался вернуться домой. Ван не говорил с ним об этом, но надеялся, что это так. Потому что только это давало небольшой шанс выжить и ему, человеку Вану Вэю.

    Демид неплохо подготовился к экспедиции. Вопреки ожиданиям Вана, они не сразу бросились в погоню за Абаси. Демид почти неделю колесил по Москве, закупая то, что считал нужным. С таким снаряжением можно было бы дойти и до Северного полюса. Но судьба играла против них. А может быть, это могущественный Абаси вредил им, с усмешкой наблюдал за сотни километров за их жалким барахтаньем в снегу и наслаждался своей растущей силой.