Аврора посмотрела на сына, явно обвиняя во всем его.

— Идемте. Рэнсом сейчас потеряет терпение.

Они втроем спустились по трапу, и Рейн остановился перед отцом. Тот пополнел, в волосах прибавилось седины, но в целом он остался все тем же.

— Мы скучали по тебе, — сказал Рэнсом, обнимая сына. — Если ты опять заставишь мать терзаться ожиданием, глядя в море, я спущу шкуру с твоей наглой задницы.

— Да, сэр. Это моя жена, Микаэла Дентон.

— Монтгомери. — Она сделала реверанс. — Очень рада с вами познакомиться, милорд.

Рэнсом поднес ее руку к губам.

— Не смотри на меня так испуганно, девочка. Я не кусаюсь.

— Кусаешься, милый, и довольно часто, — возразила Аврора. — Причем выбираешь самые подходящие места.

— Бесстыдница.

— Так оно и есть. Идем, Микаэла. Ты, наверное, устала и проголодалась.

— Не устала, но проголодалась. Во время плавания я только и делала, что отдыхала в каюте.

Аврора бросила уничтожающий взгляд на Рейна.

— Вижу, он не слишком хороший муж.

Женщины пошли рядом, тихо беседуя, Раджин следовала по пятам за Микаэлой, шествие замыкали мужчины.

— Она хорошенькая, — сказал Рэнсом. — Дочь генерала Ричарда Дентона?

— Да.

— Что между вами произошло?

— Ничего.

— Не лги мне, Дахрейн, я же не слепой. Ты должен убрать все это дерьмо, и побыстрее.

— Ты обвиняешь меня? — ощетинился Рейн.

— Нет, поскольку не знаю, что мешает тебе быть хотя бы вежливым с молодой женой. Но я хорошо знаю тебя, сын. Твой дурной характер развивался вместе с тобой, и, полагаю, не нужно тебе напоминать, что последние свои слова ты произнес, чтобы причинить боль матери.

Рейн напрягся, устыдившись воспоминаний о том, как он кричал Авроре, чтобы она перестала им командовать, что он уже был женат на Саари, что ему хорошо одному, что он намерен и дальше оставаться холостяком, независимо от того, что видит ее внутренний взор, и чтобы она не вмешивалась в его жизнь. Рэн тогда чуть не вышиб из него дух.

— Я сделал то, что она хотела. Я женился.

— Она хотела видеть тебя счастливым, — устало ответил Рэнсом. — Такие чувства встречаются редко, игнорировать их — значит губить свою душу. Живя под одной крышей с матерью, ты мог бы кое-чему научиться.

Внезапно они услышали радостные крики, это к ним бежали дети, которые накинулись на Рейна, подпрыгивая, чтобы поцеловать его в щеку. Улыбаясь, он посадил десятилетнего мальчика на плечи, девочку поменьше взял на руки, а темноволосый мальчик уцепился за его ногу.

— Эти обезьянки мои братья и сестры.

Рейн представил детей Микаэле, погладив каждого из них. Она не успела ответить, потому что взгляд мужа остановился на чем-то за ее спиной.