— Микаэла, любимая, я… прости меня. Я не хотел быть таким грубым.

Рейн не ожидал услышать ее смех.

— Это было весьма забавно. Я тебя шокирую, да? — без капли раскаяния спросила она.

— Ну, да, — с трудом выговорил Рейн.

— Кажется, тебя полезно немного помучить. Знаешь, мой хинди довольно плох, но я все-таки осилила несколько интересных отрывков.

— Коварная маленькая тигрица.

На ее лице появилось гордое и довольное выражение.

— Но вот это место я не очень поняла… Рот прижимается… — она коснулась губами его уха, — и в то же время…

Рейн немедленно показал ей, что это значит, и перешел к другому отрывку. Всю ночь он услаждал жену, отдав себя в ее власть.

Микаэла тихо шла по коридору к лестнице, когда ее внимание привлек свет, падавший из открытой двери. В кресле-качалке устало клевала носом Аврора; на коленях у нее сидел Макс, дергал пухлой ножкой и пытался отгрызть голову у деревянной лошадки. Почувствовав зависть, Микаэла вошла в комнату, и, узнав ее, малыш радостно запрыгал.

— Спи, дорогой, — ласково сказала Аврора и дерзко улыбнулась Микаэле. — Совсем как мужчина, который будит девушку посреди ночи, чтобы получить удовольствие.

— Идите спать, я за ним посмотрю. Аврора запахнула халат.

— Наверное, я должна сказать тебе, чтобы ты шла к Рейну, но, судя по шуму, который доносился из-за стены… думаю, ему следует немного отдохнуть.

— Простите, — вспыхнула Микаэла.

— Зачем стесняться любви! — отмахнулась Аврора и, встав, поцеловала сына. — Как же приятно было делать их всех! Рейн тебя обожает, милая.

— Я люблю его, Аврора.

Но она боялась сказать это ему, боялась, что он снова отвернется от нее.

— Знаю. Ты ему так нужна.

— А мне иногда кажется, что ему никто не нужен.

— Всем нам кто-то нужен. Я знаю моего Дахрейна, хотя иногда это не тот человек, за которого ты вышла замуж. После всех моих разговоров и трудов в нем осталось еще слишком много от его мрачного прошлого. Ему будет слишком больно меняться. Но он изменится.

— Боже мой, вы говорите это так уверенно! Совсем как он.

— Никогда нельзя быть уверенной в мужчинах, правда? — засмеялась Аврора. — Особенно в Монтгомери.

— И примером тому Колин.

— Колин пока не признал мужчину в своем отце. У него все еще впереди.

Опять эта уверенность.

Аврора зевнула, и Микаэла взяла ребенка.

— Идите спать, мы справимся. Макс поможет мне немного перекусить. Да, парень?

Макс улыбнулся во весь рот.

— Сам он уже поспал и перекусил, — с озорной усмешкой ответила Аврора. Они вместе дошли до ее комнаты. — Мой сын человек суровый, в том числе и по отношению к себе. Он предпочитает, чтобы весь мир играл по его правилам.

— И добивается своего.

— Только не стоит отказываться ради него от своих убеждений.