— Вы их проверили? — спросил Мелешко.

— Мы только начали, — сказал Марк. — Но по телевидению прошли сюжеты, что какие-то «гринписовцы» обнаружили повышенный уровень радиации в почве, опять-таки появился ваш материал, Александра…

— Мне удалось посмотреть все материалы, которые шли одновременно с моим сюжетом об эпидемии, — сказала Саша. — Дело в том, что материалы о «синелицых» я смогла запустить только в Интернет. И на большее не надеялась. Но вдруг почти все каналы разом извлекли мою информацию из Интернета и запустили в эфир. И не просто запустили, а с солидными добавлениями.

— Мы ничего не добавляли, — возразила Алена.

— Да, — согласилась Саша. — Потому что нам почему-то постеснялись предложить эти добавления. А другим предложили. Но все выглядело так, словно весь этот материал исходит от меня. Хотя я ничего не знала ни о повышенном радиационном фоне почвы в Новоладожске, ни о биокорме, которым кормили собак…

— Но многое из этих дополнительных сюжетов — откровенная дезинформация, — вмешался Марк. — Мы замерили радиационный фон почвы в радиусе двадцати километров от города. Он нормален. Вы знаете, кто запустил дезинформацию?

— Тот, кому очень хочется показать вашему заказчику — инвестору, что сюда вкладывать деньги не следует, — ответил Мелешко. — И что нынешний хозяин комбината — нехороший человек. Могильники вот собирается копать. Ядерные отходы перерабатывать. Интересно, что вы, живущие почти по соседству, почувствовали, когда узнали об этом? — повернулся он к иностранцам.

— Ужас, — вырвалось у Фанни любимое в российской поездке слово.

— Жаль, что с нами нет министра по ядерной энергетике, — усмехнулся Мелешко. — Он бы нам сказал, что здесь никто ядерных отходов перерабатывать не собирается. И не соврал бы. А новоладожские жители готовы были под пушки из-за этого лезть. Потому что все у нас уверены, что дыма без огня не бывает.

— Ты хочешь сказать, Андрей, что мы зря сюжет о митинге показали? — мрачным тоном спросила Алена.

— Ты вечно задаешь философские вопросы, — попытался отшутиться Мелешко. — А Саша еще не закончила историю о журналисте Брыкине. Ведь он, как я понимаю, главный герой твоего рассказа?

— Он не герой, — пожала плечами Саша. — Его попросили, он сварганил полуправду-полуложь. Наверное, хотел заработать. А потом понял, что в таких играх можно и головы лишиться. И спрятался. Хотя знал: те, кто затевает крупные игры, находят людей везде.

— Его убили? — ужаснулась Алена.

Мариночка ойкнула.

— Надеюсь, что нет, — сказала Саша. — Ведь теперь то, что раньше знал только он, известно многим. А настоящих главных героев я пока не знаю. Кто нынешний хозяин новоладожских земель и кто хочет его свалить. И возможно, никогда не узнаю.

— Если нынешнего хозяина свалят, ты узнаешь это из газет, — мрачно проговорил Андрей.

— Позвольте! — воскликнул Марк. — Здесь такие сложные игры. Я не понимаю, нам не следует продолжать свои работы?

— Это вы у своего заказчика спросите, — сказал Мелешко. — Ведь он вам платит. И хватит об этом, а? Давайте уж лучше хороводы вокруг костра водить. Как и полагается по русской традиции.

Наутро Саша со съемочной группой вернулась в Петербург, а к вечеру по всем каналам телевидения демонстрировались кадры, подтверждавшие предыдущий сенсационный материал Александры.