Входная дверь за ним захлопнулась. Диллон улыбнулся.

— Этот парень вечно спешит.

— Ну ладно, — неохотно проговорил Трэверс, — лучше пойдемте со мной, я покажу, где вы будете спать, и подыщу вам что-нибудь из одежды.

Он направился к двери. Подмигнув Дженни, Диллон двинулся за ним.

В это время неподалеку лжемеханик телефонной компании, назвавшийся Смитом, свернул в аллею, где был припаркован старенький фургон, и постучал в заднюю дверцу. Ее открыл Джонсон, и Смит влез в салон. Внутри находились кое-какая звукозаписывающая аппаратура и приемник.

— Есть что-нибудь? — поинтересовался Смит.

— Вообще ничего. Приемник был включен целый день. Экономка звонила несколько раз в бакалейную лавку, просила прислать мастера для ремонта стиральной машины. Сам адмирал звонил в Лондонскую городскую библиотеку, чтобы заказать какую-то книгу, а также в клуб армии и флота насчет какого-то мероприятия, запланированного на следующий месяц. Все это начинает уже надоедать. А у тебя что новенького?

— Некоторое время назад я наблюдал за домом, когда там появился Фергюсон.

— Ты уверен?

— Ну конечно, это, без сомнения, был он. Фотографии из досье, которые дал нам мистер Сантьяго, превосходного качества. Вместе с ним был какой-то парень.

— Кто это мог быть, как ты думаешь?

— Понятия не имею. Коротко остриженные, очень светлые волосы, черная кожаная куртка. Он остался в доме, а Фергюсон ушел.

— Что будем делать?

— Не выключай магнитофон. Утром я прогоню всю пленку и непременно услышу, если подвернется что-нибудь интересное. Я буду наблюдать за домом, а ты пока отдохни немного. Если они выйдут, я последую за ними и дам тебе знать по телефону прямо из машины.

— О'кей. Увидимся позже.

Они выбрались из фургона. Джонсон запер двери, и они разошлись — каждый в свою сторону.

Фергюсона еще не было, когда контр-адмирал, Диллон и Дженни приехали в «Савой» и поднялись в «Речной зал». Впрочем, столик был уже заказан, и метрдотель подвел их к нему.

— По-моему, мы вполне можем выпить, — предложил Трэверс.

Диллон повернулся к официанту, отвечающему за выбор вин.

— Бутылку невыдержанного шампанского «Крюг». — Он бросил взгляд на Трэверса и приветливо улыбнулся ему. — Предпочитаю эту бурду из разных сортов винограда.

— В самом деле? — чопорно спросил адмирал.

— Да, — ответил Диллон и предложил Дженни сигарету. На ней была простая белая блузка и черная юбка. — Вы просто прекрасно выглядите. — Он заговорил совсем другим тоном и со стороны производил впечатление вылощенного английского джентльмена, говорящего на классически правильном языке и обладающего всеми остальными непременными достоинствами настоящего денди.

— Неужели вы и пять минут не можете побыть одним и тем же человеком? — спросила она.

— Боже мой, разве это не было бы скучно? Давайте потанцуем. — Взяв за руку, он повел ее к танцевальной площадке.

— Как по-вашему, вид у вас приличный? — спросила она.

— Ну, блейзер сидит как надо, но галстук военно-морских сил, по-моему, выглядит несколько неуместно.

— А-а, теперь понятно. Вам не нравятся вещи, связанные с институтами власти?

— Не совсем так. В первый раз, когда я побывал в «Речном зале», я принадлежал к числу представителей как раз вот такого института, который назывался Королевской академией драматических искусств.