Нетвердо держащийся на ногах Плахов потряс зажатой в руке огромной ракетницей, конфискованной инспектором по делам подростков у десятилетнего пацана.

— Эх, надо было еще кого-нибудь с собой взять… Ни черта ж не видно!

— Взяли бы, — недовольно рыкнул майор, поддерживая старлея под локоть, — только вот наши друзья совсем оборзели. Ушли в два часа дня, и с концами. Завтра я им устрою…

— Может, случилось что? — Казанцев свернул шарф и засунул его в карман плаща.

— Ага, случилось! — Реплики Соловца источали змеиный яд. — Нашли ящик с водкой, вот что случилось…

— Тогда в отдел бы принесли. — Капитан был лучшего мнения о Ларине и Дукалисе, чем его непосредственный начальник. — Андрюха и Толян не жадные…

— Васек тоже мужик свойский, — подтвердил Плахов. — Он самогонку тестеву каждый раз из дома таскает…

Суровый, но справедливый Соловец вынужден был согласиться, что по части дележки алкоголя с друзьями все трое пропавших оперов могут служить примером для окружающих.

Казанова подбросил на руке подобранный минуту назад обломок кирпича, примерился и метнул вверх.

Бухнула взорвавшаяся лампа уличного фонаря, и тридцать метров пространства вокруг столба погрузились во мрак.

— Нормалёк. — Соловец остановил капитана, и так уже перебившего на пути к дому, где лежало тело убитого, с десяток ламп. — Хватит… Давай пройдемся до угла и начнем.

— Пошли, — закивал Плахов, и троица «убойщиков» не спеша потопала к невидимой для обычных бесксивных граждан границе района.

Скоро битва закончилась.

Поверженных бандитов сложили в углу заведения, добровольным помощникам выдали по бутылке настоящего виски из хозяйских запасов и благоразумно предложили побыстрее отсюда сматываться, пока не пришла полиция. Каковым предложением «юнги» не преминули воспользоваться, пожелав на прощание друзьям всяческих успехов.

Довольный Дукалис вылез из подсобки практически одновременно с грохотом входной двери, распахнутой пинком правоохранительного ботинка, и с истошным криком: «Halt! It's police!»

Впрочем, сопротивляться или куда-то бежать никто и не думал.

Поверженные громилы постанывали в углу, потихоньку приходя в чувство. Законопослушные мистер Холмс с друзьями застыли на своих местах, а сэр Лерсон благоразумно смотрел на происходящее из-под стола.

— Здравствуйте, Холмс! — выбежал вперед невысокий худосочный господин в клетчатом пальто и огромном кепи, покоящемся на не менее огромных ушах. — Я смотрю, мы прибыли вовремя. Что здесь происходит?

— Дорогой Лейстрейд, — дипломатично начал великий сыщик, — вы, действительно, прибыли как нельзя вовремя. Здесь только что местные хулиганы пытались свести друг с другом счеты. А владелец заведения, я в этом уверен, замешан в похищении своей сотрудницы — Энн Глюк. Но как вы обо всем догадались?..

— Работа у нас такая, — самодовольно заметил Лейстрейд. — Кстати, а где этот негодяй — хозяин?

Дукалис незаметно для полицейского инспектора указал Холмсу на дверь в подсобку, и великий сыщик смог ответить на поставленный вопрос:

— Думаю, он скрывается там.

Но когда полицейские, сопровождаемые Холмсом и его друзьями, включая прибывшего Уотсона, заглянули в служебные помещения, их глазам предстала ужасная картина: на полу кухни лежал труп хозяина заведения. Лицо трупа было сине-красное, под глазами виднелись свежие синяки, нос разбит, язык вывалился изо рта, на шее отчетливо выделялась странгуляционная борозда — след от удушающего предмета.