– Но это же не…

– Ах, это… – воодушевился Сатана. – Это вечно. Живые женщины неизбежно стареют и полнеют, но плоть женщины‑демона никогда не истощается. Никакой деградации – пусть это вас не заботит.

Он шлепнул суккуба по правому боку, и по телу пошла зыбь – от правой ягодицы к левой и вниз по бедрам, затем она развернулась, как волна у края бассейна, и пришла к исходной точке.

– Вечно! – сладко повторил Князь Зла.

– Ты не понимаешь, – голос Зейна звучал твердо, хотя на глаза у него навернулись слезы. – Мне не нужны эти сладострастные суккубы. Мне нужна Луна.

– Я предоставлю вам ее подобие. Облик – самая незначительная часть женщины. – Сатана подал знак, и демоница окуталась туманом, начала меняться, повернулась к ним лицом – она выглядела в точности как Луна. Сходство было сверхъестественным, ни одна черточка не отличалась – те же каштановые волосы, те же глубокие серые глаза. Если б Зейн не знал заранее…

– Но ее разум… – Он продолжал упорствовать.

Сатана нахмурился:

– Да, признаться, тут сложности. Интеллектуальная беседа требует присутствия разума. Хотя большинство мужчин предпочли бы, чтобы их партнерши вообще не имели мозгов.

– Все зависит от точки зрения. – Зейн обретал уверенность в себе. Князю Тьмы не удастся обмануть того, кто начеку – будем надеяться! – Я люблю Луну – ее целиком, а не только ее тело. Она проявила великодушие и храбрость. Она действительно личность, и через двадцать лет она не даст тебе вмешиваться в дела этого мира. Потому я не стану обрывать ее жизнь и не заберу ее душу. – Зейн с ужасом подумал, что сказал лишнее, но остановиться уже не мог.

– Весьма похвальная позиция, – мягко произнес Сатана. – Каждый стремится вылезти сам и вытащить друзей. Всего лишь просвещенный эгоизм.

– Ты так полагаешь? – удивился Зейн.

– Конечно, я так полагаю, Смерть! Ведь я, помимо прочего, Дух эгоизма. Только следует быть осмотрительным в выборе средств.

– И не грешить с суккубами! – отпарировал Зейн.

– О, это зависит лишь от точки зрения. Быть может, вам все же следует попробовать, прежде чем выносить приговор? Ваша подружка ведь попро…

– Ложь! – Зейн взвился, как от удара. И тут же понял, что делать этого не следовало. Сатана очень умно нажимал на кнопочки, играл на его чувствах, стараясь вывести из равновесия. Еще немного, и он добьется желаемой реакции. Зейн напомнил себе, что драконесса с Горячего Дыма не стала бы возиться с Луной, не будь та девственницей. Пожалуй, этот момент не следует обсуждать с Лукавым.

– Разумно, – отозвался Сатана очень ровно. – Ведь я – Отец Лжи и ношу этот титул с гордостью. Каждый понимает правду по‑своему. Тут нет и не может быть абсолюта, нет единого подхода. Поэтому я считаю необходимым полагаться на факты, чтобы и скептик убедился в моей правоте. Заметьте, я вполне логичен. И когда вы это поймете, надобность в дальнейших разбирательствах отпадет сама собой.

– Возможно, – спокойно сказал Зейн, но доверием не проникся.

– Вам угодно считать физиологическую невинность Луны залогом ее духовной чистоты. Вы совершенно уверены, что в этом не пытаетесь обмануть сами себя?

Воистину медоточивые уста! Обаятельный и покладистый, умеющий подать предмет разговора в самом выгодном свете!.. Противиться его очарованию было чертовски трудно. Но Зейн напомнил себе, что зло остается злом, какой бы облик оно ни принимало.

– Мне известно, что один из твоих демонов изнасиловал ее. Мне известно, что это изнасилование было психическим, а не физическим, и все же бремя греха легло на ее душу.