— На сегодняшний день она, может, так бы и поступила, — кивнула Алекс; лицо ее окаменело, — если бы несколько лет назад не разбилась вместе с мужем в авиакатастрофе.

Помрачнев, Лео мысленно отругал себя последними словами. И кто его дернул за язык так резко отзываться о Джине, не зная, как та закончила свои дни? Он взъерошил ладонью густую шевелюру и пробормотал:

— О, прости, я не хотел…

Алекс пожала плечами:

— К несчастью, юный аргентинец значительно лучше держал в руках вожжи своего коня, играя в поло, чем штурвал частного самолета.

— Я очень сожалею, — проговорил Лео, и голос его прозвучал искренне. — То, что я сказал о твоей матери, по крайней мере, неуместно. Поверь, я не хотел показаться злым…

— Да что там, несчастье случилось уже очень давно, — отмахнулась Алекс, не желая продолжать дискуссию о Джине, которая была никудышной матерью и, как ее неоднократно обвиняли, никчемной женой.

К тому же она только что получила от Лео исчерпывающие извинения, а уж он имел все основания иметь о Джине не слишком лестное мнение.

Его отчим, сэр Джеффри Лукас, лишь короткое время был мужем Джины: чуть ли не через год после свадьбы она сбежала с французским эстрадным певцом. Впрочем, обманутый муж недолго горевал и вскоре женился на Элеоноре Гамильтон, у которой к тому времени был десятилетний сын Лео.

Посмотрев на часы, Лео с гибкой грацией, неожиданной для столь высокого человека, поднялся из-за стола.

— У меня действительно назначена деловая встреча, однако наше «семейное воссоединение» следует обмыть. Надеюсь, джин с тоником тебя устроит?

Он пересек комнату и открыл дверцу книжного шкафа, за которой обнаружился мини-бар, уставленный всевозможными бутылками Алекс заметила, что, смешав для нее джин и тоник, себе он налил большой бокал воды — без капли алкоголя.

Внезапно Алекс стало не по себе. Готовясь к предстоящей встрече в редакции «Кроникл», молодая журналистка не сомневалась, что стоит ей миновать преграды и добраться до Гамильтона, и ее план сработает: она легко уговорит его дать ей интервью, а потом и принять участие в праздничном бале. Однако сейчас, глядя, как он неслышными шагами идет к ней по мягкому ковру с напитками в руках, Алекс засомневалась в успехе.

Дело даже не в том, что Лео необыкновенно спокойно воспринял ее неожиданное появление. Алекс смущала реакция собственного организма на его мужественную внешность, на неотразимо чувственную ауру, окружавшую человека, остановившегося перед ней. Когда он передал Алекс тяжелый хрустальный бокал, их пальцы слегка соприкоснулись, и девушку словно ударило электрическим током.

— Итак… — Лео небрежно уселся на край стола и хлебнул воды, — должен признаться, что ты несказанно изменилась с того времени, как мы виделись в последний раз. Типичный случай превращения гадкого утенка в прекрасного лебедя.

— Очень милый комплимент, — спокойно заметила Алекс, старательно прогоняя воспоминания об отвратительной стычке, после которой она исчезла с его горизонта. — Но с того лета, когда я приехала на каникулы в Тоскану, минуло восемь лет. — Она дернула плечом и добавила, — Мне было слишком мало лет.

Тяжелые веки прикрыли глаза Лео, не позволяя угадать их выражение.

— Да… — протянул он, потом слез со стола и подошел к окну.