— Ну, я не знаю…

— Делайте, как вам говорят! — сердито проговорил Лео и дернул за руку все еще упирающуюся Алекс, втягивая ее в круг танцующих.

Сид окинул взглядом высокую широкоплечую фигуру Гамильтона, сравнил ее со своей и решил не протестовать. К тому же у этого парня такой опасный блеск в глазах…

— Хорошо, хорошо, босс, какие проблемы!

— Хочешь поразвлечься, Лео? — Алекс тщетно старалась выдернуть руку из его сильных пальцев. — Ну, так я твой юмор не понимаю…

— Поймешь, моя дорогая, еще как поймешь.

И она поняла.

Смысл танца заключался в следующем: под быструю мелодию Лео тесно прижимал Алекс к груди и тут же отпускал на длину своей вытянутой руки. Движения обоих партнеров были так резки, что на третий раз Алекс с ужасом почувствовала, как лиф ее красного платья сполз на талию. Сид не терял времени даром. Результатом его кипучей деятельности явились те самые фотографии, что лежали сейчас на столе Майка Тэннера.

Чем руководствовался Лео, когда с силой прижал к своей твердой груди ее полуголое тело, Алекс не знала. Она была так ошеломлена, что едва ли соображала, что происходит. Запечатлев на ее губах обжигающий поцелуй, он сорвал скатерть с ближайшего стола. На пол посыпались тарелки и фужеры, раздались возмущенные вопли сидевших за столом людей. Не обращая внимания на сумятицу, Лео накинул белую скатерть на обнаженную грудь Алекс, резко крутанулся на каблуках и направился к выходу.

Если бы не Софи, Алекс прямо на месте умерла бы от унижения. Но верная подруга тут же пришла ей на помощь и, обняв за плечи и нашептывая слова утешения, вывела рыдающую девушку из зала.

Софи удалось очень быстро поймать такси. Всю дорогу она, как могла, успокаивала подругу, а дома раздела ее и уложила в постель.

Сегодня утром Алекс каким-то чудом привела себя в порядок, позавтракала и явилась на работу. Единственным светлым пятном был телефонный звонок Сьюзен. Звенящим голосом она поведала Алекс, что ее мать наконец-то поняла: дочь больше не боится ее, а будущий зять не намерен давать Сьюзен в обиду. После бала мать встретила ее с распростертыми объятиями, извинилась за неприятную сцену с Найджелом и пообещала впредь не вмешиваться в их личную жизнь.

Что ж, по крайней мере одна пара вернулась с бала счастливой, мрачно размышляла Алекс, стоя в дамской комнате и разглядывая свое отражение в зеркале. Боже, до чего же она бледна! Лицо изможденное, под глазами залегли тени. Но она никогда не забудет Лео Гамильтона. То, что произошло вчера, ужасно, такого удара ей никто еще не наносил, но… но случившееся ни на йоту не изменило ее отношения к нему. А вина за то, что больше она его не увидит, целиком лежит на ней.

Алекс не могла найти оправдания своим поступкам. Взять хотя бы то, как она ткнула пальцем в фотографию Лео и самоуверенно заявила, что ей ничего не стоит взять у него интервью! Как легко соврала только для того, чтобы добиться своей цели. Да, она заслужила презрение Лео. Что посеешь, то и пожнешь. Алекс мрачно усмехнулась, последний раз взглянула в зеркало и вернулась на рабочее место, где тут же услышала ужасающий рык Майка:

— Алекс, моментально ко мне! НЕМЕДЛЕННО!

Как приговоренный к электрическому стулу преступник, Алекс поплелась в кабинет главного, с великим трудом передвигая ноги.

В довершение всех ее несчастий у шефа сидела Имоджин Холл-Найтли. Ядовитая улыбочка на тонких губах ясно говорила, что она уже предвосхищает, с каким свистом Алекс вылетит из «Кроникл».

— Я желаю знать, какого черта происходит! — Майк прихлопнул огромной ладонью разложенные на столе фотографии.