Он покачал головой.

— Он был вашим другом, но, могу поспорить, вы не догадывались, в каком дерьме он увяз.

— Да уж.

— Никто никогда ничего не знает. Старшеклассники иной раз делятся между собой. Но взрослые! Вы можете вообразить мужика, говорящего другому: «Послушай, я тут нашел новый великолепный способ себя подбодрить»? Бьюсь об заклад — вы не ожидали увидеть подобное. Вы, конечно, подумали, что с ним произошел сердечный приступ или что-то в этом роде?

— Я просто беспокоился за него.

— Итак, она открыла вам дверь своим ключом? А дверь-то была заперта?

— Да, на задвижку и защелку.

— И все окна закрыты? Ну, что же. Если вас интересует мое мнение, все кажется достаточно ясным. У него есть семья или кто-то, кого следовало бы известить?

— Его родители умерли. Если у него и были родственники, то я ничего об этом не знаю.

— Господи, стоит только проявить слабинку, и нелепая смерть одинокого человека может разорвать сердце. Посмотрите, какой он изможденный! Несчастный сукин сын!

В гостиной он спросил:

— Не хотите формально его опознать? При отсутствии ближайших родственников нам нужно найти кого-то, кто мог бы это сделать.

— Это Эдди Данфи.

— О'кей, — сказал он. — Достаточно.

— У меня только растворимый, — сказала она. — Да и тот без кофеина. Может, лучше выпьете пива?

— Кофе без кофеина тоже сойдет.

— Себе я налью чего-нибудь покрепче. Посмотрите — меня всю трясет.

Она вытянула вперед руку. Если та и дрожала, я этого не заметил. Подойдя к шкафчику над мойкой, она достала бутылку виски «Тичер'с» и плеснула граммов пятьдесят в банку из-под джема «Флинстоун». Затем снова присела к столу. Взяв банку, она зачем-то на нее внимательно посмотрела, а потом залпом выпила половину. Закашлявшись, передернула плечами и тяжело вздохнула.

— Так-то лучше, — заметила она.

Мне было нетрудно в это поверить.

Засвистел чайник, и она приготовила мне кофе. Если, конечно, эту бурду можно было так назвать. Помешав, я оставил ложечку в чашке — говорят, так быстрее остывает, но я очень в этом сомневаюсь.

Помолчав, Вилла сказала:

— Даже молока не могу вам предложить.

— Я пью черный кофе.

— Правда, есть сахар. В этом я совершенно уверена.

— Не употребляю.

— Неужели боитесь испортить вкус растворимого, да еще без кофеина, кофе?

— Пожалуй.

Допив виски, она заметила:

— Вы сразу распознали запах. Поэтому тут же и догадались?

— Ошибиться было невозможно.

— Наверное, теперь и я этот запах никогда не забуду. Когда были полицейским, часто оказывались в подобных ситуациях?

— Если вы имеете в виду квартиры с трупами, то, боюсь, ответ будет утвердительным. Не раз приходилось сталкиваться с подобным.

— Привыкли?

— Сомневаюсь, что к этому вообще можно привыкнуть. Просто со временем лучше получается скрывать эмоции от других и от себя.

— Интересно, как вам это удается?

— Ну, выпивка помогает.

— Вы точно не хотите?

— Спасибо, нет. Как еще можно избавиться от эмоций? Некоторые полицейские злятся на умерших или нарочито демонстрируют свое безразличие и пренебрежение.