— Эдисон был в лучшем положении, чем я.

— И прекрасно! Иначе мы все еще сидели бы в темноте.

Честно говоря, именно в темноте мы и находились, однако ни один из нас не имел ничего против этого. Мы лежали на постели в ее спальне, из кухни доносилось пение Рибы Макинтайр. Слышались голоса переругивавшихся жильцов из дома напротив.

Вообще-то я не собирался к ней заходить. После разговора с Хольдтке я решил пройтись. Оказавшись рядом с цветочным магазином, я вдруг захотел послать ей букет. При оформлении заказа, однако, выяснилось, что его выполнят только на следующий день. И тогда я подумал, что, пожалуй, доставлю цветы сам.

Мы устроились на кухне. Она поставила букет в воду и приготовила кофе. Как и в прошлый раз, растворимый, но теперь из новой банки, более дорогой. Он сильно отличался от баланды, из которой извлекли кофеин.

Потом, без долгих разговоров, мы прошли в спальню. Риба Макинтайр пела уже довольно долго, и запись вот-вот должна была закончиться. Однако песенки стали повторяться — у кассетника сработал реверс, благодаря этому устройству он снова и снова прокручивал пленку.

Спустя какое-то время Вилла спросила:

— Ты голоден? Могу что-нибудь приготовить.

— Только если ты сама хочешь есть.

— Открою тебе секрет: никогда не любила готовить. Повар из меня никудышный, а мою кухню ты видел.

— Мы могли бы куда-нибудь пойти.

— На улице дождь. Слышишь, какой шум в вентиляционной шахте?

— С утра едва моросит. Моя ирландская тетушка называла такие дни «ласковыми».

— Ну, судя по звуку, погода стала более суровой. Может, закажем ужин у китайцев? Они не обращают внимание на погоду. Усевшись на велосипеды, как камикадзе, мчатся, если приходится, даже в град. «Ни дождь, ни снег, ни жара, ни тьма ночи не лишат вас миски курицы с грибами». Правда, мне она не нравится. Мне хочется... Тебе интересно знать, чего мне хочется?

— Конечно.

— Лапши с кунжутом, свинины, жаренной с рисом, цыплят с орехами кешью и креветок с четырьмя ароматами. Ну, как звучит?

— Этого хватит на целую армию!

— Ручаюсь — съедим без остатка. Ох!

— В чем дело?

— У тебя есть время? Уже без двадцати восемь, а пока ужин доставят и мы с ним расправимся, ты начнешь спешить на собрание.

— Сегодня я могу его пропустить.

— Точно?

— Да. У меня к тебе вопрос: что такое креветки с четырьмя ароматами?

— Ты никогда не пробовал?

— Никогда.

— Ну, мой дорогой, — улыбнулась она, — ты испытаешь огромное наслаждение.

— Пусть они стоят там, где я могу их видеть, — повторяла Вилла. — Места хватает.

С утра она успела сходить за покупками и, помимо кофе, запаслась фруктовыми соками и прохладительными напитками. Я пил коку. Себе она принесла бутылку пива «Бек'с», но, прежде чем ее открыть, спросила, не будет ли меня раздражать, если она выпьет.

— Конечно, нет, — ответил я.

— Лучше всего запивать блюда китайской кухни пивом, Мэтт. Ты согласен со мной?

— Ну, думаю, с этим можно было бы поспорить. Наверняка нашлись бы виноделы, которые запротестовали бы. Но нам-то какое до них дело?

— Я сомневалась, стоит ли мне его покупать.

— Спокойно открывай свое пиво, — сказал я. — Сядь и поешь.

Еда оказалась изумительно вкусной, а блюдо из креветок — истинным шедевром китайской кухни. К заказу полагались палочки, и она ими воспользовалась.