— Есть тут ситуевина одна неприятная… — тихонько добавил Муха.

— А что такое? — искренне удивился Сева — Какие могут быть неприятные ситуации у моих юных друзей? Давай, рассказывай по порядку.

Гвоздь неторопливо и в деталях рассказал все по порядку. Как в коридоре столкнулся, как комнату штурмовали, как мы ждали осады всю ночь…

— Тааак… — недобро скорчился Сева — Этого нам еще и не хватало! Пойдемте.

— Куда?

— Куда-куда. Ко второму отряду. Будем ваш рамс разруливать. Нехорошо это — в лагере рамсовать.

Мы безропотно подчинились железному Севе. Выкинули сигареты. Прошли по коридору.

— Вот эта? — спросил он, указывая на дверь, которую вчера так доблестно вынес ударом ноги Гвоздь.

— Ага… — невнятно пробурчали мы.

Сева тихонько, но с напором постучал в дверь. Получилось как-то очень по джентльменски. Подождали минуту. Слышалось шуршание — наверняка, боятся, готовятся… Наконец, дверь немного приоткрылась. Из узкой щелочки выглядывал Костин обидчик — очевидно, самый резкий чел из комнаты.

— Здорово, брат! — отсалютовал хриплым голосом Сева — Открывай, давай, не боись, бить не буду.

Парень осторожно приоткрыл дверь еще на пару сантиметров, внимательно осмотрел Севу, с ненавистью глянул на нас и решился впустить нас в комнату. Медленно, все впятером зашли. Поверженные враги тихонько сидели по кроватям.

— Короче, так! — жестким голосом начал Сева — Меня зовут Сева. Я из первого отряда. Вот парни говорят, у вас тут ситуация неприятная сложилась. Это правда?

— Ну… — неуверенно промычали челы с кроватей.

— Кто у вас тут за главного? — спросил Сева.

— Ну, я… — нехотя выступил тот, что открыл дверь.

— Отлично! — обрадовался Сева — Если ты главный, значит рассказывай, как все было.

Парень рассказал, как все было.

Его версия событий не сильно отличалась от нашей, кроме того, что мы были виноваты во всех стадиях конфликта. Может, так оно и было, да это уже и не важно. Сева внимательно слушал и кивал, как будто он на конференции и все записывает в блокнотик. Дослушав до конца, он помолчал секунд десять и вынес вердикт:

— Значит так, молодежь. Слушайте, как мы сделаем. Чтобы не возникало недопонимания, я поясню, почему вообще вмешиваюсь в ваши разборки — дело в том, что администрация лагеря пристально палит за всякими беспорядками, как ей собственно и положено. Директор лагеря — мужик суровый, сопли на кулак не мотает. Если какая херня случается и до него доходит — плохо будет всем, не только вам, но и нам. Дискотеки отменят или старых грымз в вожатые поставят. Короче, хорошего мало. А мы сюда отдыхать приехали, а не вопросы решать, ясно? Поэтому, я предлагаю не раздувать ваш высосанный из пальца рамс, а тихо — мирно помириться. Со мной все согласны? — обвел он комнату холодным металлическим взглядом.

Все потупили головы и были согласны. А как тут еще.

— Вот и отлично — обрадовался Сева — Вот и решили проблему. А теперь пожмите друг другу руки и спокойно разойдитесь.

Мы нехотя пожали руки, отворачивая взгляды, и двинули на выход. Если бы взгляды могли прожигать, через наши спины можно было бы фильтровать воду. Они явно были недовольны таким решением. Нам улыбнулась удача. А хули, везет сильнейшим.

Дальше лагерь завертелся как карусель. Изо дня в день мы помногу тренировались, курили в туалете, принимали самодельный душ посредине леса, играли в футбол, подтягивались, бегали десятикилометровые кроссы, бегали в магазин за водкой, просили дополнительных порций в столовой и перемигивались с телками из второго отряда.