Место это носило на себе печать достатка и рачительности, с аккуратными, исправными изгородями, огораживающими большой выгул для скота. Когда он поскакал вниз, какая-то женщина спустилась с крыльца, держа в каждой руке по ведру. Она остановилась и посмотрела в его сторону, потом поставила ведра и встала, одной ладонью заслоняя глаза от яркого света.

Она была высокой и худощавой, с лицом, сморщившимся от житейских забот. Волосы, что виднелись из-под покрывавшего голову платка, — серо-стального цвета. Она пристально смотрела на Клея безо всякого выражения в поблекших синих глазах. Клей дотронулся до полей шляпы:

— Миссис Роган?

Женщина кивнула, и он продолжил:

— Меня зовут Фитцджеральд. Ваш муж дома?

Она покачала головой и сказала не слишком приветливо:

— Он уехал на весь день.

— Могу я спросить, когда вы ожидаете его возвращения?

Она подняла свои ведра:

— Он то и дело уезжает и приезжает. Вы попусту потратите время, если станете ждать. — Не проронив больше ни слова, она отвернулась и пошла через двор к коровнику.

Клей наблюдал за ней, чуть нахмурившись, пока она не исчезла внутри. Потом чей-то голос у него за спиной спокойно произнес:

— Вы не сердитесь на мою мать. Она не слишком жалует чужаков.

Человек, произнесший это, стоял в дверях конюшни, вытирая руки тряпкой, со спокойным выражением на худом смышленом лице, увенчанном все той же рогановской шевелюрой. Клей направил кобылу к нему и улыбнулся:

— Я уже познакомился с Дэннисом, Мартином и Кевином — именно в такой последовательности. А вы кто будете?

Тот улыбнулся:

— Я — Катал, полковник. Спокойный представитель этого семейства. Кевин сказал, что вы можете заехать сегодня.

— Насколько я понял, вашего отца нет дома?

Катал кивнул:

— Неотложное дело в Голуэе. Он с ребятами вернется только поздно вечером.

Клей наклонился и заглянул в дверь конюшни. По меньшей мере тридцать лошадей стояло там в аккуратных стойлах по обе стороны, и он негромко присвистнул:

— А у вас тут есть неплохие скакуны.

— Еще бы нам их не иметь, полковник. Мы их разводим. — Катал погладил кобылу Клея по морде, как добрую знакомую, и ласково заговорил с ней. — Хотя ни один из них не сравнится с Пегин.

Клей удивленно вскинул брови:

— Так вы знаете эту кобылу?

Катал улыбнулся:

— Услада вашего дяди на старости лет. Если и есть лучший скакун между этим местом и Дублином, то мне он еще не попадался. Мисс Джоанна уж так ее холила.

Клей преодолел искушение задать сам собой напрашивающийся вопрос, и последовала небольшая пауза. Катал Роган не предпринимал никаких попыток продолжить эту тему, и Клей улыбнулся:

— Ну что же, я поеду. Предайте вашему отцу, что завтра я опять к вам наведаюсь.

Он повернул Пегин задом к входу в конюшню, и Катал сказал:

— Кевин вроде говорил, что у вас есть для нас пакет, полковник?

— Для вашего отца, — бросил Клей через плечо. — И я предпочел бы лично доставить его адресату. — Он проскакал в ворота и снова стал подниматься по тропе наверх.

Наверху он остановился и посмотрел вниз, в сторону фермы. Роганы безусловно были негостеприимным кланом, и чужаки здесь явно не приветствовались — уж что-что, а это Катал Роган и его мать дали ясно понять.

Когда он начал поворачивать, среди деревьев за фермой почудилось какое-то движение. Он наклонился вперёд и подождал. В следующий момент с полдюжины всадников галопом проскакали через буковую рощу и въехали во двор.